birmaga.ru
добавить свой файл

1
Дай сил надежды не терять


И помнить средь дневных трудов,

В ночной тиши не забывать:

Во тьме рождается росток,

Но нужен свет, чтоб цвел цветок.

К О Ш А Ч Ь Е П У Т Е Ш Е С Т В И Е.
Екатерина Баянова
Посвящается всем членам

"янтарного" союза.
Нелепо, смешно,

безрассудно, безумно,

волшебно.

Ни толку, ни проку,

ни в лад, невпопад

совершенно.

Кошка умывалась на окне. Обычная серая кошка. Она совершала свое обычное утреннее омовение, но где-то в уголках ее перламутровых глаз просматривалось, что занята она совершенно другим делом. Очень важным делом.

А кошка просто путешествовала. Путешествие было длительным, поэтому кошка умывалась долго и тщательно, создавая иллюзию своего присутствия в комнате и занятости, чтобы никто не мешал ей.

Периодически кто-нибудь из домашних заходил в комнату и настойчиво звал ее: "Кис-кис". Но кошка не откликалась. Она только на миг хитро скашивала свои глаза, как маленький Будда, и продолжала умываться. Домашние ворчали и уходили прочь.
Если бы нам удалось заглянуть в тот мир, в котором находилась наша мурка, то многое нам было бы непонятно. Этот мир встретил бы нас множеством неожиданных и необъяснимых простым человеческим языком вещей.

В своем путешествии она встречалась с такими же кошками, как она. Иногда попадались пантеры гибкие, с черной, лоснящейся на солнце шерстью и с черными, и глубокими, как далекие миры, глазами.

Дорогой наш читатель, ты, наверное, мог бы испугаться, что такая пантера просто вмиг раздерет нашу кошечку. Но это в нашем мире. А в мире, где находилась она, пантеры могли быть такими же маленькими и ласковыми, что нет нужды беспокоиться за судьбу нашей героини. И вообще, такие понятия, как размер, время, пространство, такие понятные людям и измеряемые всякими возможными способами, здесь неуместны. Потому что все эти понятия в этом мире были непостоянны и изменяемы, переливаясь и сплетаясь в неповторимый узор волшебного бытия. И пантера могла вдруг превратиться в малюсенькую черную точку и внезапно исчезнуть. А кошка, мурлыкая, на глазах преобразиться в несуществующее животное величиной в многоэтажный дом.


Здесь мы могли бы встретить ландыш, который долго готов был удивлять нас своей красотой и неповторимым ароматом, а потом вмиг превратиться в куницу, стремительную и гибкую.

Веточка липы, нежная и хрупкая, могла, помахивая нам и обдавая свежим ветерком, плавно и незаметно превратиться в крыло прекрасного белоснежного лебедя.

Попавшая в поле зрения белка, остановившись и замерев на месте после продолжительного бега, пускала корни, постепенно вытягиваясь и становясь березкой с прозрачной, словно дымка, листвой, в которой не стерлись еще черты теплой, мягкой и пушистой белочки.

Потом вдруг все закрутится в сказочном вихре и выплеснется водопадом в заросли папоротника, над которыми разливается необычное свечение, не несущее ни тепло, ни холод, просто радующее глаз своей первозданной чистотой и лучезарностью, вызывающее сладкую тоску и необъяснимые слезы восторга и радости.
Но вот наша маленькая героиня прекратила умываться.

Путешествие закончено.

Кошка мягко потянулась, на миг закрыла глаза и легким движением спрыгнула с окна, на котором сидела, во двор. Там она подошла к большому янтарно-рыжему коту, нежно потерлась о его бок и села рядом. Вокруг суетились люди, проезжали машины. Все куда-то двигалось, торопилось, не зная ни начала, ни конца этого движения. Ни смысла, ни цели.

А Мурка сидела и на своем кошачьем, непонятном для нас, языке тихо что-то рассказывала Коту, который сидел с видом умудренного богатым житейским опытом существа, иногда закрывая глаза с блаженным выражением на рыжей кошачьей морде.

7 - 8 августа 2000 г.