birmaga.ru
добавить свой файл

1 2 ... 5 6
«НАШ ПУШКИН…


НАШ ЛИЦЕЙ»
Внеклассное мероприятие

провела в 6-к классе

учитель русского языка и литературы Резникова А.Г.
Цель мероприятия:

- познакомить учащихся с лицейским периодом жизни А. С. Пушкина;

- приобщить ребят к поисковой работе (в основе композиции лежат материалы, найденные учащимися самостоятельно);

- развивать любовь к русскому слову, к русской поэзии, к творчеству А. С. Пушкина;

- развивать актерские способности учеников;

- воспитывать патриотизм, чувство сопричастности истории, культуре, литературе нашей страны.
Оборудование и оформление:

- сцена актового зала школы оформлена как Большой лицейский зал, превращающийся по ходу мероприятия в ученический класс (окно – экран, стол с красной скатертью, книжный шкаф, парта и стулья);

- на сцене мальчики-лицеисты;

- в зале – гостиная (столы с кофейными сервизами, за которыми сидят на импровизированных диванах родственницы лицеистов);

- мультимедийное оборудование, с помощью которого на экран проецируются виды Лицея, портреты лицеистов, наставников..;

- классическая музыка.
Среди садов и парков города Пуш­кина возвышается светлое здание
Лицея. Здесь учился великий рус­ский поэт Александр Сергеевич

Пушкин. Всю жизнь хранил он в своем сердце лучшие воспомина­ния о лицейских годах, о Царском Селе — так прежде назывался город, о наставниках и первых друзьях. В Лицее родилась вдохновенная муза поэта, и здесь его предшественник в русской поэзии — Державин благословил ее рождение. В Царском Селе познакомился Пушкин с историком Карам­зиным, с поэтами Жуковским, Батюшковым, Дмитрие­вым, Вяземским и с философом Чаадаевым. В Лицее окрепла дружба с Иваном Пущиным, с верным товарищем Иваном Малиновским, завязалась идейная и поэти­ческая близость с Дельвигом и Кюхельбекером. В Цар­ском Селе прошла юность поэта, здесь были одержаны первые творческие победы, родились «души прекрасные порывы», вспыхнула «сердца первая любовь»...


Царское Село, его сады и парки... История, Романти­ка, Поэзия — вот что всегда одухотворяло жизнь и облик этого живописного городка…

Но следует признать, что без поэзии Пушкина Лицей не обрел бы такую славу и популярность, и прежде всего в нем не было бы музея. Уникальность поэтического гения Пушкина заключается и в том, что все, чего бы он ни кос­нулся, он словно освящал своим словом, очищал от всего мелкого, лишнего, обыденного, выявлял прекрасное и приковывал к своим идеалам души других людей.

Всю жизнь воспевая Лицей, Пушкин видел в нем родину. Он первый поведал нам о Лицее, и мы повторяем его слова:

Да здравствует Лицей!
Ведущий: Название учебного заведения — Лицей — возникло в глубокой древности. Одна из окраин греческого города Афины некогда называлась Ликей (Lykeion). Здесь стоял Храм Аполлона. Аполлон, или Феб, то есть Блистающий, по верованиям древних, являлся богом солнца, покровителем поэзии, музыки, искусства. В обширном и прекрасном саду храма находился знаменитый «гимнаcий». Здесь юношей учил сам основатель «гимнасия» величай­ший философ древности Аристотель. Царскосельский ли­цей символически был преемником славных традиций древней школы.

Лицей в Царском Селе был первым в России. Позднее открылись и другие лицеи — привилегированные мужские средние или высшие (юридические) учебные заведения. Но лишь Царскосельский лицей 1811—1817 годов составил яркую страницу в истории русской куль­туры.
Ведущий: А начиналось все так… 12 августа в доме министра просве­щения графа А. К. Разумовского экзаменовалась боль­шая часть воспитанников. Вопросы детям задавали и министр, и будущий директор Лицея В. Ф. Малиновский. По всей вероятности, при этом присутствовал и И. И.Мар­тынов.

Через много лет И. И. Пущин так описал первую встречу своих будущих однокашников в доме Разумовского.

И. И. Пущин: «У меня разбежались глаза: кажется, я не был из застенчи­вого десятка, но тут как-то потерялся — глядел на всех и никого не видал. Вошел какой-то чиновник с бумагой в руке и начал выкликать по фамилиям. Я слышу: Алек­сандр Пушкин! — выступает живой мальчик, курчавый, быстроглазый, тоже несколько сконфуженный. По сходству ли фамилий, или по чему другому, несознательно сближающему, только я его заметил с первого взгляда».





Ведущий: Так произошла эта знаменательная встреча. «Вгляды­вался» Пущин и в Горчакова, который «был тогда не­обыкновенно миловиден». Постепенно подростки «приобод­рились» и начали ходить по зале в ожидании представления министру и начала экзамена. Василий Львович Пушкин, привез­ший своего племянника, подозвал Ивана Пущина и познакомил мальчиков. Здесь Пущин узнал, что Александр Пушкин живет у дяди на Мойке, недалеко от него самого. Будущие друзья «положили часто видаться». В свою очередь, Пушкин познакомил Пущина еще с двумя мальчи­ками, Ломоносовым и Гурьевым. Скоро детей стали вызы­вать поодиночке в соседнюю комнату экзаменоваться. Все кончилось довольно поздно.
Ведущий: 22 сентября по докладу министра воспитанниками Лицея бы­ли «высочайше» утверждены тридцать человек. А 19 октября 1811 года в Большом, рекреационном, зале состоялось открытие Лицея. Торжественный акт проис­ходил в четверг в праздничной обстановке в присутствии царя и большого количества знатных особ. К торжеству тщательно готовились.
И. И. Пущин:
«В лицейской зале, между колоннами поставлен был большой стол, покрытый красным сукном с золотой бахромой. На этом столе ле­жала высочайшая грамота, дарованная Лицею. По правую сторону стола стояли мы в три ряда; при нас — дирек­тор, инспектор и гувернеры; по левую — профессора и другие чиновники лицейского управления. Остальное пространство залы, на некотором расстоянии от стола было все уставлено рядами кресел для публики. «Когда все общество собралось», торжественный акт открытия начался.

Ведущий: Адъюнкт-профессор Куницын произнес блистатель­ную речь, обращенную к будущим воспитанникам и не регламентированную свыше. Она поразила и восхитила слушателей, и в том числе юного Пушкина. Оратор не читал, а говорил. Смело, звучным голосом рассказывал он об обязанностях гражданина и воина, о любви к Отечеству и о долге перед ним:

Куницын: «В сих пустынных лесах, внимавших некогда победоносному российскому оружию, вам поведаны будут славные дела героев, поражавших враждебный строй. На их зыбких равнинах вам показа­ны будут яркие следы ваших родоначальников. Окру­женные примерами добродетели, вы не воспламенитесь ли к ним любовью, вы ли не будете приготовляться слу­жить Отечеству...»




А. С. Пушкин:

Вы помните: когда возник лицей,

Как царь для нас открыл чертог царицын,

И мы пришли. И встретил нас Куницын

Приветствием меж царственных гостей...
В. Ф. Малиновский: После речей стали называть воспитанников по списку.

«Бакунин Алек­сандр, Броглио гр. Сильверий, Вольховский Владимир, Горчаков кн. Александр, Гревениц бар. Павел, Гурьев Константин, Данзас Константин, Дельвиг бар. Антон, Есаков Семен, Илличевский Алексей, Комовский Сергей, Корнилов Александр, Корсаков Николай, Корф бар. Модест, Костенский Константин, Кюхельбекер Вильгельм, Ломоносов Сергей, Малиновский Иван, Мартынов Арка­дий, Маслов Дмитрий, Матюшкин Феодор, Мясоедов Па­вел, Пушкин Александр, Пущин Иван, Ржевский Нико­лай, Саврасов Петр, Стевен Фридрих, Тырков Александр, Юдин Павел, Яковлев Михаил».

И вот впервые в стенах Лицея прозвучало: Александр Пушкин... Никто из присутствовавших не мог тогда и представить себе, что уже вскоре этот мальчик с золотисто-русыми кудрявыми волосами и ясными серо-голубыми глазами станет гордостью Лицея и впоследствии – славой русского народа.

Лицеист: По окончании церемонии нас повели в столовую, расположенную во втором этаже Лицея, под Большим залом, где мы усердно стали трудиться над супом и пирожками. А после, сбросив парадную одежду, мы играли перед Лицеем в снежки при свете иллюминации и тем заключили свой праздник, не подозревая тогда в себе будущих столпов отечества, как величал нас Куницын, обращаясь в речи к нам.

Пушкин: Каждому из нас досталась своя маленькая комнатка, которая называлась дордуар. Мне № 14, а Ивану Пущину № 13. Комнаты были отделены легкой перегородкой, не доходящей до потолка, через которую свободно можно было разговаривать.
Лицеист: Со следующего дня начались наши трудовые будни. Вставали мы по звонку в шесть, одевались и шли на молитву в залу. От 7 до 9 часов – класс. В 9 – чай; прогулка до 10, от 10 до 12 – класс. От 12 до 13 прогулка. В час - обед. От 14 до 15 чистописание или рисование. От 15 до 17 – класс. В 17 – чай, до 18 прогулка, потом повторение уроков или вспомогательный класс. По средам и субботам - танцеванье или фехтованье. Каждую субботу баня. В половине 9-го часа – звонок к ужину. После ужина до 10 часов – рекреация. В 10 – вечерня молитва, сон.
Ведущий: В течение 6 лет по такому распорядку дня и жили лицеисты в новом закрытом учебном заведении. Каникулы в Лицее были раз в году. «Июль месяц есть время роздыха», - было записано в Уставе Лицея. Занятия шли с 1 августа по 1 июля.
Ведущий: Лицей в начале ХIХ века стал учреждением, в котором вольнолюбивые, антикрепостнические, антимонархические настроения нашли свое выражение в просветительном и воспитательном процессе юношества. Василий Федорович Малиновский при вступлении своем на пост директора пригласил в Лицей передовых, талантливых адъюнкт-профессоров из Петербургского педагогического института. Именно им в стихотворении «19 октября 1825 года» А. С. Пушкин отдает дань уважения.

Пушкин: Наставникам, хранившим юность нашу,

Всем честию, и мертвым и живым,

К устам подъяв признательную чашу,

Не помня зла, за благо воздадим.

Лицеист: Василий Федорович Малиновский – первый директор Лицея. Добрый, простодушный человек. Его дом стал родным для всех его питомцев. Директорствовал неполных три года: скоропостижно умер 23 марта 1814 года.

Пушкин: Я очень тяжело переживал смерть Василия Федоровича, в доме которого нашел добрый семейный очаг, с чьим сыном сдружился. Мне разрешили присутствовать на похоронах среди других пяти лицеистов.
Ведущий: К сожалению, со временем место захоронения Василия Федоровича Малиновского было забыто, и лишь в 1961 году его могилу отыскали, привели в порядок и установили мемориальную доску.




Лицеист: Второй директор Лицея - Егор Антонович Энгельгардт – был талантливым педагогом, сумевшим развить в воспитанниках стремление к добру, служению Родине – «для общей пользы». Он был человеком большой душевной теплоты, необычайной честности и высокого благородства. «Только путем сердечного участия в радостях и горестях питомца можно завоевать его любовь», - писал он в заметках для себя.
Лицеист: А. С. Пушкин более всех ценил Александра Петровича Куницына, преподавателя нравственных наук. Именно в его классе юный поэт занимался охотнее.
Пушкин: Куницыну дань сердца и вина!

Он создал нас, он воспитал наш пламень,

Поставлен им краеугольный камень,

Им чистая лампада возжена…
Лицеист: Преподавателя русской и латинской словесности Николая Федоровича Кошанского А. С. Пушкин называл своим критиком, «угрюмым цензором».
Пушкин: Не нужны мне, поверь, уроки

Твоей учености сухой:

Я знаю сам свои пороки;

Конечно, беден гений мой…

Нехорошо! Но оправданья

Позволь мне скромно привести:

Мои летучие посланья

В потомстве будут ли цвести?
Лицеист: Однажды в послеобеденный свой класс Кошанский кончил лекцию раньше урочного времени и сказал:

- Теперь, господа, будем пробовать перья: опишите мне, пожалуйста, розу стихами.


Наши стихи вообще не клеились, а Пушкин мигом прочел два четверостишия, которые всех нас восхитили... Кошанский взял рукопись к себе. Это было чуть ли не в 811-м году, и никак не позже первых месяцев 12-го»
Лицеист: Александр Иванович Галич (настоящая фамилия Говоров), адъюнкт-профессор философских наук, был приглашен в Царскосельский лицей 10 мая 1814 года преподавать российскую и латинскую словесность вместо заболевшего Н. Ф. Кошанского. В Лицее он был всего один год, но остался в памяти своих воспитанников.

Яркий ум, умение вести живую беседу, простота в обращении, правдивость и прямота высказываний – все это привлекало к себе юные сердца.

В юном Пушкине Галич видел будущего большого поэта. Именно он предложил Пушкину написать стихотворение для переходного экзамена 8 января 1815 года «Воспоминания в Царском Селе».

Поэт называл Галича «парнасским бродягой», «мудрецом любезным».
Пушкин: Нет, добрый Галич мой!

Поклону ты не сроден.

Друг мудрости прямой

Правдив и благороден…
Ведущий: Имя Галича нередко встречается в лицейских стихотворениях Пушкина. В них он изображается председателем студенческих пирушек лицеистов, веселым эпикурейцем.

Пушкин: Апостол неги и прохлад,

Мой добрый Галич, vale (-)

Ты Эпикуров младший брат,

Душа твоя в бокале.

Главу венками убери,

Будь нашим президентом,

И будут самые цари

Завидовать студентам!

Лицеист: Яков Иванович Карцов – преподаватель физико-математических наук – был черноволос, смугл, очень тучен, лишних движений избегал; часто, сидя спиной к доске, писал на ней формулы не глядя. Насмехаясь над незнающими, говорил:

- А плюс бе равно красному барану.

Или:

- Тяп да ляп и состроил корабль.


Раз вызвал он к доске Пушкина и задал ему алгебраическую задачу. Пушкин долго переминался с ноги на ногу и все писал молча какие-то формулы. Карцов спросил его наконец:

- Что вышло? Чему равняется икс?

Пушкин улыбнулся и ответил:

- Нулю.

- Хорошо! У вас, Пушкин, в моем классе все кончается нулем. Садитесь на свое место и пишите стихи.

И Пущин с благодарностью отмечал педагогический такт и проницательность Карцова, который не преследовал Пушкина и «из математического фанатизма не вел войны с его поэзией».
И. И. Пущин: Невозможно передать вам всех подробностей нашего шестилетнего существования в Царском Селе: это было бы слишком сложно и громоздко; тут смесь и дельного, и пустого. Между тем вся эта пестрота имела для нас свое очарование. В Лицее сразу же создалась обстановка, способство­вавшая развитию поэтических и художественных на­клонностей.
Лицеист: Александр Пушкин сразу же выделился среди всех своих соучеников широтой познаний, недосягаемой для других начитанностью и феноменальной памятью. Но при этом он отличался скромностью, какая возникает лишь тогда, когда знания и дарования человека истинны и глубоки.

И. И. Пущин, вспоминая то далекое время, подчеркивал: «Все мы видели, что Пушкин нас опере­дил, многое прочел, о чем мы и не слыхали, все, что чи­тал, помнил; но достоинство его состояло в том, что он отнюдь не думал выказываться и важничать, как это очень часто бывает в те годы (каждому из нас было 12 лет) с скороспелками, которые по каким-либо обстоятель­ствам и раньше, и легче находят случай чему-нибудь выучиться. Обстановка Пушкина в отцовском доме и у дяди, в кругу литераторов, помимо природных его даро­ваний, ускорила его образование, но нисколько не сде­лала его заносчивым...» Часто видел Пущин своего това­рища «поглощенным не по летам в думы и чтения...». С первых мгновений лицейской жизни всем становится яс­на исключительность дарований Александра Пушкина. «При самом начале — он наш поэт», — писал Пущин.


Лицеист: Грозовой 1812 год нарушил ровное течение жизни Лицея. Отечественная война, пробудившая дремлющие силы народа, как никакое иное событие, повлияла на воспитанников Лицея, всколыхнув глубокие патриотиче­ские чувства. Охваченные желанием защищать Отечест­во, подростки мечтали быть в рядах ополчения. «Жизнь наша лицейская сливается с политическою эпохою на­родной жизни русской: приготовлялась гроза 1812-го го­да. Эти события сильно отразились на нашем детстве»,— вспоминал впоследствии И. И. Пущин.




Лицеист: Из окон Большого зала видна дорога, по которой в 1812 году мимо Лицея через Царское Село двигались к театру военных действий народное ополчение и гвардия. События Отечественной войны 1812 года вторглись и в мирную жизнь Лицея, нарушили ее размеренный ход.
И. И. Пущин: Началось с того, что мы провожали все гвардейские пол­ки, потому что они проходили мимо самого Лицея, мы всегда были тут, при их появлении, выходили даже во время классов, напутство­вали воинов... обнимались с родными и знакомыми— усатые гренадеры из рядов благословляли нас... Не одна слеза тут пролита... В 1815 году в стихотворении «Алек­сандру» («Утихла брань племен...») Пушкин вспомнит эти памятные дни.
Пушкин:

Сыны Бородина, о Кульмские герои!

Я видел, как на брань летели ваши строи;

Душой восторженной за братьями спешил.

Лицеист: В свободное от классов время мы более всего литераторствовали — издавали рукописные журналы. Нас объединя­ло чувство любви к отечественной литературе. Все вместе сочиняли «национальные песни», где в шутливых, иногда и злых куплетах высмеивали свои недостатки и слабости своих наставников. Душою литературного круж­ка был Пушкин, а около него группировались лицейские поэты: Дельвиг, Илличевский, Корсаков, Кюхельбекер, Яковлев и некоторые другие. Рукописные журналы но­сили названия: «Вестник», «Неопытное перо», «Юные пловцы», «Для удовольствия и пользы», «Лицейский муд­рец», «Мудрец-поэт» (или «Лицейская Антология»).


Воспитанники, обладавшие красивым почерком, пере­писывали сочиненное товарищами. Иллюстрировался жур­нал в основном Илличевским, способным рисовальщиком и карикатуристом.
И. И. Пущин: Пушкин... постоянно и деятельно участвовал во всех лицейских журналах, им­провизировал так называемые народные песни, точил на всех эпиграммы и прочее. Естественно, он был во главе литературного движения, сначала в стенах Лицея, потом и вне его, в некоторых современных московских изданиях.

Яркое дарование Пушкина-художника было оценено лишь со временем. Оно проявилось в большой степени уже пос­ле окончания Лицея. Лаконичная и точная манера пуш­кинского рисунка вызвала впоследствии нарочитые под­ражания многих художников-графиков, особенно работав­ших по пушкинской тематике. Но никому из них, даже самым талантливым, не удалось приблизиться к эмоци­ональному, выразительному почерку поэта.

В своей первой лицейской тетради Александр Пуш­кин дал достоверные изображения своих современников. Его легкое перо уже тогда умело убедительно передать их характерные черты. В лицейские годы, в лицейских черновых набросках рождались первые автографы поэта. Впоследствии многочисленные автопортреты Пушкина приобрели широкую известность, а один из них и ныне украшает «Литературную газету».

Работая, А. С. Пушкин обычно делал легкие и точ­ные рисунки пером, изображая то себя, то своих героев и героинь, то своих недругов, а чаще - друзей и лицей­ских товарищей.



Ведущий: Двадцать восемь (одного отчислили) человек жили и учились с Александром Пушкиным под одной крышей в течение шести лет. Многих из своих товарищей Пушкин полюбил: Пущина, Малиновского, Дельвига, Корсакова, Матюшкина, Кюхельбекера, Вольховского… В числе «друзей моей души» поэт называл и Горчакова. Симпатизировал он Яковлеву, Юдину, Есакову, Данзасу, Гревеницу. Юному Пушкину уже были свойственны прозорливость, чуткость, понимание человеческого сердца, и это позволило ему не ошибиться в тех, кого он любил с отроческих лет.


Веселые и меланхоличные, добродушные, а порой и злые насмешники, сдержанные и безудержно пылкие, то далекие, то близкие друг другу, не похожие внешне и внутренне, они породнились. Но, как многочисленные братья одной семьи, они были и остались различны.
Пущин Иван 14-ти лет. С весьма хорошими дарованиями; всегда прилежен и ведет себя благоразумно. Благородство, воспитанность, добродушие, скромность, чувствительность, с мужеством и тонким честолюбием, особенно же рассудительность суть отличные его свойства. В обращении приятен, вежлив и искренен, но с приличною разборчивостью и осторожностью. Учился Пущин хорошо. Был в Лицее любимцем всех товарищей. В лицейских стенах его звали Жанно.

Вместе с Пушкиным и еще с Малиновским и Пущин попался в нашумевшей истории с «гогель-могелем». История такая. Компания воспитанников с Пущи­ным, Пушкиным и Малиновским во главе устроила тайную пирушку. Достали бутылку рома, яиц, натолкли сахару, принесли кипящий самовар, приготовили напиток «гогель-могель» и стали распивать. Одного из товарищей, Тыркова, сильно разобрало от рома, он стал шуметь, Громко разговаривать; это обратило на себя внимание дежурного гувернерами, он доложил инспектору Фролову. Начались спросы, розыски. Пущин, Пушкин и Малиновский объявили, что это их дело и что они одни виноваты. Фролов немедленно донес о случившемся исправлявшему должность директора проф. Гауэншильду, а тот поспешил доложить самому министру Разумовскому. Переполошившийся министр приехал из Петербурга, вызвал ви­новных, сделал им строгий выговор и передал дело на рассмотрение конференции. Конференция постановила: 1. Две недели стоять на коленях во время утренней и ве­черней молитвы. 2. Сместить виновных на последние ме­ста за обеденным столом. 3. Занести фамилии их, с прописанием виновности и приговора, в черную книгу, которая должна иметь влияние при выпуске. Но при выпуске ли­цеистов директором был уже не бездушный карьерист Гауэншильд, а благородный Энгельгардт. Он ужаснулся и стал доказывать своим сочленам недопустимость того, чтобы давнишняя шалость, за которую тогда же было взыскано, имела влияние и на будущность провинившихся. Все тотчас же согласились с его мнением, и дело сда­но было в архив.


В «Пирующих студентах» Пушкин обращается к Пущину.

Пушкин: Товарищ милый, друг прямой,

Тряхнем рукою руку,

Оставим в чаше круговой

Педантам сродну скуку:

Не в первый раз мы вместе пьем,

Нередко и бранимся,

Но чашу дружества нальем —

И тотчас помиримся.
Ведущий: Окончил Лицей в 1817 году. Декабрист, лицейский товарищ Пушкина, один из самых близких его друзей. Прапорщик лейб-гвардии Конной артиллерии, с 1822 поручик, с 1823 судья в Московском надворном суде. Именно Пущин в 1825 году, к ужасу родственников и знакомых, приехал в Михайловское проведать друга и привез в подарок «Горе от ума». Участник «Священной артели», член «Союза спасения», «Союза благоденствия», «Северного общества». Принадлежал к наиболее революционному крылу декабристов, был приговорен к смертной казни, замененной двадцатилетней каторгой. 1828 году он был привезен для отбытия каторги в Читу. В самый день его приезда А. Г. Муравьева, жена декабриста, подозвала Пущина к частоколу острога, пе­редала ему листок бумаги и сообщила, что получила этот листок от одного своего знакомого в Петербурге, хранила его до свидания с Пущиным и рада, что может, наконец, исполнить поручение. Это были стихи Пушкина.
Пушкин: Мой первый друг, мой друг бесценный!

И я судьбу благословил,

Когда мой двор уединенный,

Печальным снегом занесенный,

Твой колокольчик огласил.

Молю святое провиденье:

Да голос мой душе твоей

Дарует то же утешенье,

Да озарит он заточенье

Лучом лицейских ясных дней!
Умер Иван Пущин в 1859 г.



следующая страница >>