birmaga.ru
добавить свой файл

1
Рассказ для внеконкурсной темы!


Ник для конкурса: Traveler_in_time
Новогоднее чудо

Чудеса иногда случаются, но над этим приходится очень много работать. 

Хаим Вейцман

Лорд Вайнсберга, Карл Мартин Гайгер, сидел возле камина, протянув руки к пляшущим языкам пламени. Устало повернув голову в сторону окна, он разглядел в нем редкие маленькие снежинки, время от времени ударяющиеся в стекло. Опершись о подлокотники, Карл встал со стула и подошел к окну. Картина за окном вот уже месяц оставалась неизменной. За крепостными стенами Вайнсберга лагерем стала армия лорда Гроссера, который, видимо, никак не мог простить Карлу историю с Катериной.

Леди Гайгер, сидевшая чуть поодаль, тихо подошла к мужу, стараясь не раздражать его лишний раз. Постояв мгновение-другое за спиной, наконец решилась положить ему руку на плечо. Карл никак не отреагировал на жест. Тогда леди Катерина полушепотом произнесла:

- Всё будет хорошо, муж мой. Вот увидишь, Его Величество ответит на твое послание и пришлет подмогу. Может, даже сам явится.

Карл, тяжело вздохнув, помедлил с ответом, словно обдумывал каждое слово:

- О нет, жена. Тебе прекрасно известно, что Генрих отдал свою младшую дочь в жены Гроссеру-младшему. Скорее звезды погаснут, чем король пойдет против новоявленного родственника. Проклятье! Если б не этот брак, Вильгельм Гроссер никогда бы не посмел объявить меня вне закона и сейчас сидел бы у себя дома, а не осаждал бы мой замок.

Лорд Гайгер чуть было не бросил лишнего, сказав жене то, что хотел высказать весь этот проклятый декабрь, но вовремя удержался.

Он даже и не заметил, что Катерина, вздохнув, неслышно вышла из комнаты. В той же позе мужчина простоял у окна еще с полчаса, и лишь потом вышел из покоев. На протяжении целого месяца Карл ощущал странное чувство обиды.

Обида была на короля Генриха V, отдавшего дочь замуж за сына злейшего врага Карла. На вконец распоясавшегося Вильгельма Гроссера, получившего покровительство государя. На лорда Гайнслера, не ответившего на призыв о помощи. Даже на погоду, оказавшуюся этой зимой очень теплой: в былые времена лютые морозы попросту бы не позволили врагам развернуть осаду.


Но больше всего Карл был обижен на свою семью. Если бы его сын…

Он мысленно одернул себя. Нет, ему нельзя сердиться на свою семью. Нельзя…

На выходе из покоев его раздумья прервал паж. На его лице ясно читались уныние и усталость, однако он нашел в себе силы улыбнуться своему господину:

- С добрым утром, милорд!

Слова о добром утре Карл воспринял почти как оскорбление, но скандалить попусту ему не хотелось. Он лишь коротко кивнул и ответил:

- Прикажи набрать горячую ванну.

Паж начал было удаляться, но лорд окликнул его:

- Постой! Вернулся ли из лагеря врага наш посол?

- Еще нет, милорд. Прикажете оповестить вас, когда он придет?

- Ну разумеется! – раздраженно бросил Карл.

Паж, заметив, что его господин находился в плохом настроении, поспешил уйти. Через десяток минут лорд уже мог ненадолго забыть о многочисленных проблемах, нежась в теплой воде. Он чувствовал, что его напряженные мышцы потихоньку начали расслабляться, и, закрыв глаза, позволил себе погрузиться в недолгое забытье. Впрочем, вода вскоре остыла, и вместе с холодом к Карлу вернулись настороженность и нетерпение. Когда же вернется проклятый посол? Лорд не преувеличил бы, если б сказал, что от посыльного зависели жизни многих людей. Днем ранее Карл со своими офицерами составили такой список условий, который мог бы более чем удовлетворить требования Вильгельма. Вот только зная его сволочную натуру, Гайгер ни в чем не мог быть уверен. Однако он был готов на любое унижение – лишь бы остаться в живых.

Дрожа от холода, Карл закутался в полотенце, вытерся, затем оделся. Сразу же после этого за дверью послышались выкрики:

- Лорд Гайгер! Лорд Гайгер!

Он поспешил выйти из ванной комнаты, и увидел, что к нему приближается целая толпа прислуги, настоящая делегация. Во главе ее, улыбаясь, шествовала леди Катерина, рядом с ней семенил посол.

Карл чуть ли не бегом бросился к нему, проигнорировав жену. Он схватил посыльного за рукав:


- Ну же! Скажите мне, что Гроссер принял мои условия!

- Конечно, муж мой, - вставила Катерина. - Уверена, Джонас сообщит нам добрые вести.

Однако посол, оглянувшись по сторонам, словно ища поддержки, сказал:

- Боюсь, что нет, моя госпожа. Лорд Гроссер отверг ваше предложение, даже не выслушав его до конца. Он заявил, что во всем Вайнсберге ему нужны лишь вы, мой лорд, - указал он на Карла.

В толпе заохали и заахали. Посол, потупив голову, продолжил:

- Боюсь, милорд, лорд Гроссер настроен весьма воинственно. Возможно, вам следует…

Карл выставил вперед руку, давая понять, что не желает слышать никаких советов. Люди ждали, что же скажет им их лорд, но тот молчал. Леди Гайгер подошла к мужу, приобняв его:

- Не волнуйся, любимый. Я уверена, что всё разрешится хорошо…

Карл больше не мог этого слышать. Душевные муки, копившиеся в нем весь месяц, прорвались наружу злостью. В гневе он оттолкнул свою жену и прокричал ей в лицо:

- Да как же ты не можешь понять! Ничего не будет хорошо! Он убьет меня! И всё это – твоя вина!

В зале воцарилась тишина. Катерина робко произнесла:

- Что ты такое говоришь, муж мой?

- Ты виновата! Во всем! Вильгельм должен был жениться на твоей сестре, но ей вдруг вздумалось помереть, и он заявил о своих правах на тебя! А я, наивный дурак, принялся тебя защищать! Вот из-за чего между нами вражда! Если бы не ты – не было бы никакой осады, никакой войны! Ты должна была предвидеть это! Должна была убедить короля выдать свою дочь за нашего сына, а не за сына Гроссера! Ты виновата!

Закончив кричать, Карл развернулся на каблуках и направился в свои покои. Он уже не видел того, что отразилось на лице Катерины.

Когда лорд оказался у себя в комнате, первым делом он закрыл дверь на засов. Потом, прокричав нечто нечленораздельное, он в гневе ударил кулаком по деревянному дверному косяку, да так сильно, что содрал кожу на костяшках пальцев. Выступила кровь. Несколько минут он смотрел на свою руку, запечатлевая картинку в памяти. Затем рухнул в кресло.


Карл не думал ни о чем. Уткнувшись лицом в ладони, пробормотал:

- Меня может спасти только чудо…

- Это смотря что считать чудом, лорд.

Карл вскочил с кресла.

- Кто здесь? – вскричал он.

- Я здесь. – Из-за кресла, не торопясь, вышел не кто иной, как гном. Коренастый незнакомец был всего лишь пяти футов ростом. На нем была потрепанная куртка из выделанной кожи, старые шерстяные штаны и такие же старые башмаки. Густая черная борода нежданного гостя свисала почти до пола. В руках карлик держал деревянный посох без единого намека на украшения. Когда взгляды лорда и гнома встретились, последний широко улыбнулся, причем улыбку эту доброжелательной назвать можно было с натяжкой.

-Ты кто? – выдохнул Карл.

- Можешь звать меня Альдерик. Я – главный по новогодним чудесам.

- Новогодним чудесам… - Карл в суматохе последних дней позабыл, что сейчас канун Нового года.

- Именно. Ты же не думал, что гномы – это сказки? – усмехнулся Альдерик.

- Помоги мне! – взмолился Карл. - Прошу тебя!

- Ну-ну, не надо зря убиваться. В конце концов, ради помощи я и пришел. Слушай и не перебивай! Я могу сотворить для тебя настоящее чудо – по доброте душевной, за просто так. Скажем, я могу отправить тебя далеко за стены этого города, в избу твоих верных подданных. Гроссер никогда в жизни не додумается искать тебя там. – Альдерик, рассказывая Карлу свой замысел, не переставал хитро улыбаться.

- Да! Да! Сделай это! – Карл не мог поверить в происходящее. Однако другого выхода у него не было.

- Значит, ты согласен?

- Согласен!

- Да будет так! – вскричал гном. Он небрежно ударил посохом в пол три раза и…

... Карл упал на колени, больно ударившись о деревянный настил. Со стоном он тяжело поднялся, осмотрелся. В просторной комнате царил порядок. На маленьком письменном столе были разложены немногочисленные бумаги. Небольшая кровать в углу аккуратно заслана. На подоконнике стояли цветы.


Воздух рядом с лордомзадрожал, уплотнился, и посреди хижины появился Альдерик. Ухмыльнувшись, он сказал:

- Я перенес тебя в жилище егеря на окраине западного леса. Он сейчас на обходе… кстати, всегда было интересно, что делают егеря на обходах? Впрочем, о чем это я? Ах да, вспомнил. Короче, хозяин вернется где-то через час. Ну как? Доволен? – самодовольно закончил гном.

Карл недоверчиво спросил:

- Я здесь в безопасности? Вильгельм меня тут не достанет?

- Ох, могучие духи зимы! Сколько можно объяснять? Ты в полной безопасности!

Еще пару секунд лорд постоял в задумчивости, затем легкая улыбка тронула его губы. В конце концов он рассмеялся, почувствовав себя столь же свободно, сколь, наверное, чувствуют себя птицы, парящие в небесах:

- Ну надо же! Месяц я места себе не находил, не знал, что делать, а все вышло так просто! Благодарю тебя, спаситель мой!

Гном выглядел так, словно был воплощением скромности:

- Не стоит, лорд. Скажи лучше, веришь ты теперь в новогодние чудеса?

- Да, черт возьми! Верю! - легко ответил Карл.

- Ладно, раз уж я сегодня такой добрый, окажу тебе еще одну услугу, - хитро улыбнулся Альдерик. - Если хочешь, я могу смотаться в Вайнсберг и назад, принести тебе чего-нибудь. Что тебе нужно?

- Не знаю, право, - задумался Карл.

- Ну, может, ты там что-то забыл? – гном кивнул с таким видом, будто хотел намекнуть собеседнику на нечто совершенно очевидное. – Может быть, какая-то важная вещь?

И только сейчас, когда эйфория от чудесного спасения исчезла так же внезапно, как появилась, Карл понял, о чем толкует Альдерик.

- Боже… там же… в крепости… Катерина! – он кинулся к двери, принялся колотить в нее кулаками и ногами, но тщетно – она была заперта.

- Егерь, умная голова, закрывает за собой дверь. Ладно тебе, для меня слетать туда-обратно – раз плюнуть! – бахвалился гном.

Лорд едва ли не упал на колени:


- Прошу тебя, помоги мне еще раз! Приведи сюда мою жену и сына!

- Сказано – сделано! Когда, как не в Новый год случаться чудесам? – сказав это, Альдерик, как и в тот раз, трижды ударил посохом и исчез.

Его не было минут десять, не больше, но для Карла эти минуты казались годами. Он ходил назад-вперед по хижине, не находя себе места. Как мог он забыть про женщину, которую любил? Как мог оскорбить и унизить перед людьми, а затем уйти прочь?

Наконец раздался тихий хлопок, и в хижине появился Альдерик. Он был один. Карл подбежал к нему:

- Что такое? Почему ты один? Где моя жена?

Гном с отвратительной улыбкой ответил:

- Леди Гайгер заявила мне, что не согласится ни на какой побег, пока рядом нет ее мужа. Мол, не может оставить его одного. Говорит, что если она спасется одна, а мужа оставит на растерзание врагам – никакое это не чудо.

Карл в отчаянии схватил Альдерика за рукав:

- Отправь туда нас обоих! Пусть увидит, что я рядом с ней!

Улыбка гнома стала еще шире:

- Боюсь, что это невозможно. Видишь ли, когда я уже собирался уходить, то услышал звук, подозрительно похожий на боевой горн. Сдается мне, лорду Гроссеру осточертел вид твоего замка, и он отправился на штурм.

Карл не успел что-либо сказать. Альдерик внезапно, не замахиваясь, ударил Карла посохом в грудь. Тот упал на пол, ошеломленный столь неожиданным действием. Когда он попытался подняться, гном наступил ему ногой на грудь, наклонил голову к лицу лорда, и, касаясь бородой его подбородка, злобно прошипел:

- Ну как, лорд? Нравится тебе такое чудо?

* * *

Человек со вздохом сел в кровати, огляделся. Комната окутана темнотой, но из окна виден свет проклятого фонаря, светящего прямо в лицо. В углу стоит небольшой телевизор, письменный стол завален папками и бумагами. На полу валяется гирлянда - видимо, опять пес на радостях прыгал на ёлку. Тапки лежат в разных углах комнаты, чашка с недопитым чаем стоит на полу рядом с кроватью, другая – на тумбочке. Наполовину засохшая одинокая герань на окне и занавеска, колыхающаяся на ветру, довершали картину.


«Как меня зовут? Карл?» - тяжело дыша, подумал человек.

Тут в комнату зашла женщина и, уперев кулаки в бока, заявила:

- Ну наконец-то! Я уж собиралась вывернуть на тебя чашку холодной воды.

Имя слетело с губ мужчины само по себе, хотя он готов был поклясться, что не помнил его:

- Аня… ты?

Женщина посмотрела на него как на умалишенного и воздела руки к верху:

- Нет, блин, Пугачева! Миша, ты уж совсем помешался на своих ужастиках. Не можешь вспомнить, как жену зовут! – обиженно добавила она.

Человек, вспомнив, что никакой он не Карл, а Михаил, и что его жену зовут не Катерина, а Анна, понял, что армия лорда Гроссера, стоящая за стенами Вайнсберга, и злобный гном Альдерик со своей отвратительной улыбкой – не более чем кошмарный сон. Михаил рывком поднялся с кровати, подошел к жене и крепко обнял ее:

- Аня! Как я рад, что ты жива!

Затем он стал целовать ее. Видимо, объятья Анна выдержать еще могла, но поцелуи – это уже слишком. Она оттолкнула его, да так сильно, что Михаил снова оказался на кровати:

- Тьфу ты, придурок! Оденься сперва!

Он ухмыльнулся:

- Прости, любимая, просто… просто я чертовски рад видеть тебя живой! Ты бы знала, какой сон мне приснился! Как настоящий!

Женщина, казалось бы, несколько смягчилась, и ответила теплее, но в столь же грубой манере:

- Миша, вот скажи мне, почему полстраны тридцать первого декабря ни черта не делает и сидит дома – а ты идешь на работу! И причем к восьми утра! Чего бы ради я должна просыпаться в праздник так рано?

- Праздник будет только завтра… - начал было Михаил, но его быстро прервали:

- Не желаю ничего слышать! На кухне разогретые блинчики – достань из микроволновки. Чая налить себе ума, надеюсь, хватит? И смотри не шуми – дети спят! – с этими словами Анна прошла к дальней половине кровати, легла, отвернулась к стене. Михаил, решив, что лучше не лезть на рожон, встал на ноги, надел носки (вроде бы одинаковые), натянул нательную майку. Когда же он, зевая, выходил из комнаты, с постели донеслось:


- Штаны надень!

Ворча, мужчина послушно исполнил указание. Оказавшись в коридоре, он снова услышал возглас жены, на сей раз более тихий:

- И это… салаты есть не вздумай!

Михаил проковылял к ванной комнате. По привычке оставил дверь открытой. Умываясь, он думал:

«Приснится же такое! Какие-то лорды, леди, гномы… надо смотреть меньше фильмов на ночь».

От горячей воды он почувствовал на коже странные ощущения – как будто что-то щипало. Поднеся руку к лицу, он заметил небольшую ранку на костяшках пальцев. Пару секунд Михаил тупо смотрел на руку. Постепенно к нему пришло осознание того, что ранка была на том же самом месте, что и у лорда Карла Гайгера, когда тот ударил кулаком по дверному косяку во сне.

Не веря в происходящее, Михаил медленно поднял голову. Его взгляд упал на зеркало, отражавшее комнату напротив. Всмотревшись туда, он увидел, что в коридоре, опершись на посох и ухмыляясь, стоит… Альдерик.

Михаил ринулся в коридор, но там, конечно же, никого не было – лишь огоньки электрической гирлянды на новогодней елке медленно мигали в темноте.