birmaga.ru
добавить свой файл

1
12.09.2003.


Раскрытие Ясного Света Рамалинги.

«И даже хотя я не имею никакого беспокойства и страха ради себя, страх страданий и беспокойство возникает во мне к другим из-за сострадания. Они съедают мою жизнь, и я не могу выносить это более. Если так будет продолжаться далее, тогда, о, мой Отец, Мать, Гуру, Ты даруешь мне свою милость и спасешь меня».

Методом Лайя-йоги является – когда приходят страдания, смотреть в их источник и за каждым страданием наблюдать безграничный Ясный Свет. Все годится для практики: случается ли нам испытывать переживания в медитации, страх, боль или наслаждения, истинный созерцатель не обманывается никакими эмоциями или переживаниями. Говорят, что он все воссоединяет. В глубине каждой эмоции безупречно сверкает безграничное пространство Ясного Света. Только незрелый практик обманывается этими эмоциями.

«С того времени, как я осознал мир, это значит с детства, с трех или четырех лет и по этот день я делал только то, что Ты мне приказываешь делать, и я не делал ничего другого, нежели это, к тому же вопреки моим увлечениям и желаниям. Почему я должен говорить об этом? Твой святой ум знает все».

«Я делаю только то, что Ты мне приказываешь делать, и не делаю ничего другого». Когда мы разъединены с великим Источником, то мы делаем то, что диктует нам внешний мир и чувства. До тех пор, пока мы его не открыли, мы делаем то, что диктует нам ложное эго. Когда мы подчиняем ум Гуру, Дхарме, мы учимся такому отречению, аскезе, самоотдаче. Это подготовка к великой самоотдаче, все это малая самоотдача. Наверное, вы понимаете, о чем я говорю. Когда ум хочет одно, а если ты монах, надо делать другое, и у тебя выбор, но если ты уважаешь свой выбор, ты делаешь не то, что хочет ум, а то, что надо в данной ситуации. Конечно, если ты не уважаешь себя как монах, ты можешь делать то, что хочет твой ум, однако духовный путь твой подрывается в противном случае, и тебе все равно придется возвращаться к этому. Это малая самоотдача. В конечном счете, она приводит к великой самоотдаче, когда мы распознаем Ясный Свет и полностью подчиняем себя ему вопреки увлечениям и желаниям наших низших витальных потребностей, нашего ума, эго, вопреки им всем, пока не восстановится это совершенное послушание, абсолютное соединение. Когда мы восстановим свое единство с Ясным Светом, эго уже становится безвредным, оно полностью ему подчинено. Ум, желания больше не отдельны от Ясного Света, у них нет даже и речи, чтобы действовать самостоятельно. Они становятся полностью его служителями, нет даже миллиметра на то, чтобы действовать независимо.

«Я не желаю ни умирать, ни жить подобным образом. Я не хочу быть рожденным снова. Я не хочу становиться тем, кого будут восхвалять другие как великого человека. Я не хочу делать никаких удивительных чудес. Я не хочу отрешаться и я не хочу быть в горестных условиях».


Если вы хотите реализовать этот Ясный Свет, вы должны позабыть о всяком поползновении эго самоутвердиться за счет гордости, славы, статуса, положения, чудотворных сил и прочего. Говорят, есть два рода сиддхи. Первый – кальпита-сиддхи, второй – акальпита. Первый вид сиддхи проистекает из мантр, магических практик, приема магических наркотиков, подчинения духов. Это неестественные, искусственные, колдовские сиддхи. Второй вид – акальпита, которые возникают благодаря естественному, практике созерцания, они от Ясного Света. Если говорить терминами христианства, первые – от дьявола, вторые – от Бога, хотя у нас нет такого деления. Но скажем так, первые – отклонения, побочная ветвь, необязательно ты владеешь Ясным Светом, колдовство, магия. Второй вид сиддхи – истинные. Они проистекают из Ясного Света. Можно сказать, йогины их не добиваются, но если в силу кармы они возникают, то как контроль пран, элементов и прочего, тем не менее, к ним нет ни малейшей привязанности. Практикуя, вы должны отречься от этих малых магических сиддхи ради одной большой сиддхи Ясного Света. Рамана говорил так: «Если есть мистические силы, то должны быть и другие, кого надо ими удивлять. Это противоречит недвойственному взгляду. Поэтому истинный йогин не жаждет сиддхи, а хочет одну большую сиддхи – состояние Ясного Света». Вначале мы не понимаем, что это махасиддхи и думаем: «Она может и не проявляться, это что-то очень тонкое, эфемерное». Это так только до наших опытов. Когда мы погружаемся в этот Океан Света, все внешние чудеса становятся просто его жалким подобием. Другое дело, что махасиддхи так владели Ясным Светом, что он мог даже проявляться в этом мире. Это факт. Это указывает на то, что Ясный Свет низошел очень глубоко в каналы.

«О, мой Отец, даже раз я не сделал чего-либо согласно природе этого мира, что бы Тебе не понравилось. Я делал только то, что Ты хотел, чтобы я делал. Я не сделал ничего другого, только это, и Твой ум об этом знает».

Не делать ничего, что не понравилось бы Абсолюту. Все это метафоры. Рамалинга говорит на языке того времени. Это означает, нет ни одного отклонения от осознанности. Вы всегда сознательны к этому безграничному состоянию, вы боитесь от него отойти даже в малейшей степени, так вы дорожите им. Вначале, если ученик не раскрыл путь созерцания или бхакти, обычно он практикует путь поклонения Гуру, святым, максимально устраняя свою волю, чтобы научиться подчинять себя в любой ситуации абсолютной воле. Затем у него появляется зрелость, и он обретает созерцание. В Лайя-йоге мы практикуем сразу же созерцание, отсечение параллельно. Те, у кого сильная ясность и высокий интеллект, им лучше дается созерцание, а отсечение «я» наступает позже. У кого есть способность отпускать себя, у него самоотдача выходит быстрее, а созерцание возникает позже, когда двойственное представление «я» уходит. В любом случае, это как два крыла.


«Даже когда родители пытаются учить своих детей сладкими словами, подходящими к их пониманию, дети убегают и прячутся от них, заставляя родителей отыскивать их. О, мой Господь! Прятал ли я когда-либо себя подобно этим детям? Святой ум знает, что я не поступал таким образом».

Это означает, что мы ничего не должны прятать. Все цепляния, страхи, привязанности, желания должны быть прямо показаны этому Ясному Свету, обнажены и растворены. Ни малейшей, даже самой малой вещи не должно остаться, что мы хранили бы для себя в качестве тайника на черный день, в качестве пути к отступлению. Отсечь надежду и страх – только тогда возможен контакт с Ясным Светом.

«Здесь он говорит, что некий добродетель дал ему немного денег, хотя он ничего и не просил. Вероятно, это были деньги одного из доброжелателей на лекциях, которые он проводил, когда был юным. Когда он взял деньги, а потом выбросил их, то он чувствовал себя очень испуганным из-за этих денег. Деньги создают потребности, творят иллюзии и будут портить ум. И как сильно он переживал и тревожился от этого чувства, и святой Отец знает это.

«У меня не было никакого интереса к деньгам или к зарабатыванию их. Я не только их не имею сейчас, но даже не имел, когда был молодым. Ты, кто пребывает внутри меня, хорошо знаешь, что деньги, которые мне давали люди, я выбрасывал вблизи могильной насыпи».

Примечание: Как свидетельствует его биография, некоторые люди давали святому деньги за лекции, которые он проводил, когда был юным в доме его брата. Говорят, что он бросал деньги обратно или же выбрасывал их где-то по пути, никогда не заботился о том, чтобы их получить или заработать.

«О, Господь! Ты знаешь, как сильно я раздражался в тех случаях, когда люди, любящие меня, давали мне принудительно деньги и упрашивали меня взять их».

Часто иногда даже в монашестве у нас могут возникать желания. Вроде бы ты отрекся от всего мира, но когда не получаешь то, что привык получать, у тебя возникает раздражение. Мы должны ценить свое отречение. Если уж мы пожертвовали всем миром, то раздражаться из-за того, что твоя обувь старая, а у соседа – новая, это забывать о своем великом отречении. Истинный йогин очень спокойно относится к любым вещам. Есть у него что-то – он принимает, если это разрешено. Нет – он не забивает свой ум страданиями. Когда мы укрепляем благополучие сангхи, следует всегда иметь такую тенденцию, это мы делаем как подношение Дхарме. Если у нас здесь будут просто бревенчатые дома, то другие живые существа не привлекутся Дхармой, у них не хватит силы духа практиковать в плохих условиях, не возникнет вера, уважение к Дхарме. Мы планируем строить дворцы, клеим обои, делаем дороги и прочее. Однако все это всего лишь подношение Дхарме, это не следует рассматривать как комфортизацию собственного эго. Мы заботимся, чтобы был вкусный прасад, стараемся держать высокие стандарты – это подношение Дхарме. Это не предназначено для самоудовлетворения нас как монахов.


«О, мой Отец, Твой святой Ум знает, что я никогда не просил, не желал даже простой просьбы, чего-то подобного дому, чтобы в нем жить, богатства, красивой одежды, прекрасных драгоценностей и т.д. У меня не было даже желания наслаждаться силами и удовольствиями власти короля в этом мире или любой подобной вещью. Когда бы я ни думал об этом, мне это не нравилось. Другими словами, у меня не было никакого желания даже в наименьшей мере получить наслаждение властью короля богов, дэвов или стать творцом, хранителем миров, называемым Вишну. Мой Отец, твой Ум знает это хорошо».

Йогина подстерегает соблазн. Соблазны начинающего невеликие. Если у вас мало праны и слабая концентрация, то какой соблазн? Поспать, переесть больше, чем надо – это соблазн, мара, дьявол для монаха. Когда у вас много праны, концентрация, вы становитесь подобны богам. Здесь совсем другие масштабы, вы уже нечеловеческая личность. Соблазн творить самостоятельно, властвовать, повелевать стихиями, людьми или духами, забавляться способностями. Все это, если делается как услада индивидуальной личности без созерцания Ясного Света, это тот же мара.

«О, мой Отец! Когда бы я ни увидел и ни взял приятную вкусную пищу, мне было немного страшно и стыдливо. Когда друзья приглашали меня как гостя на хороший обед по случаю праздников, я говорил им добрые слова, скрывая мой голод. Уходил оттуда с некоторым страхом и оставался спокойным, не принимая никакой пищи».

Вот как описывает святого его ученик: «Святой был настоящим скелетом, то есть он был очень худым, но он был очень крепким и сильным с большим запасом жизненных сил. И никогда, казалось, не отдыхал».

Когда вы контролируете желания, у вас много праны. Тогда, конечно, вы можете спать не восемь часов, а три-четыре часа, как это делают опытные монахи. По крайней мере, вам точно не хочется спать во время Бхаджан-мандалы.

«О, мой Отец! С шокирующим чувством и страхом, что если мы возьмем хорошую вкусную пищу, то может случиться какое-то плохое событие, я просто держался спокойным с пустым животом, не принимая никакой пищи. Когда люди, которые могут любить, давали мне что-то из любви, то я со страхом молился Тебе, не оставался жестким в своем сердце и был не способен отказать и принимал их пищу».


В период юности Рамалинга практиковал аскетичное поведение, можно сказать, состояние Сутры.

«С того момента, как я начал понимать, что мир не способен выносить сильное чувство моей матери, я брал пищу полностью в эти дни. Я брал пищу в другие дни, не способный выносить сильных чувств близких родственников, дорогих друзей и тех, кто меня любит».

Родственники заставляли его принимать прасад, чтобы поддерживать нормальное состояние. У самого него не было никаких желаний.

«О, мой Отец, даже когда я был слишком молод, чтобы понимать мир, Ты, кто соединился со мной и кто остается во мне, не будучи отделенным, если Ты знаешь все, почему я должен говорить об этом сейчас? Даже хотя я сам не получил достаточного контроля над моим умом, все-таки я желаю амброзии Твоей святой милости и не имею никакого интереса к другому вкусу какого-либо вида даже в наименьшей мере. И Ты, мой Отец, знаешь это».

В следующих станцах он говорит, что его ум очень нежный, его тело очень утонченное и нежное, и его природа тоже очень нежная. Он начинает станцы, говоря, что он остался как воплощение сострадания даже без малейшего изменения, и что он имеет сильное чувство, которое возникает в силу постоянного сострадания».

Нежное – имеется в виду, чистое видение. Когда у вас развивается чистое видение, ваша прана утончается, ваш ум также утончается, и если вы не практикуете садханы гневных божеств, иногда вам даже трудно жить в этом мире, у вас все очень-очень тонкое и видение обычных людей кажется грубым. Те, кто не едят мясо, практикуют созерцание, обретают чистое видение. К примеру, если через некоторое время вы съедите мясо, вы почувствуете, словно в вас вошла какая-то жесткая, яростная энергия, вам это будет ясно, ваше тело сразу почувствует это. В учении Йога-тантры мы практикуем чистое видение не только в отношении мирных божеств, но также в отношении гневных, яростных энергий. В таком случае у йогина не возникает проблем с внешним миром. Он обретает большую духовную силу даже при контакте с нечистыми, с негативными энергиями. Если же он практикует путь Сутры, то он становится очень чувствительным.


«Он говорит, что он всегда остается думающим о Боге и о путях, как достигнуть его милости. Об этом упоминается все время.

«О, моя святая Мать! О, мой святой Отец! О, мой сладкий, подобный амброзии! Танец в священном доме мудрости и делание только того, что желает от него Бог. Зная о моей физической и ментальной утонченности, если Ты не сжалишься надо мной и не даруешь мне Твою милость, кто еще в этом несчастном мире сжалится надо мной? О, мой Ум, ты понимаешь, что сексуальный инстинкт очень сильный и заставляет сходить с ума, лишает истинного знания в Тебе. Он заставляет тебя терять равновесие и здравый смысл суждения.

Человеку, закрывающему глаза в темноте и пьющему какой-то опьяняющий напиток, который принесет огромное разочарование в духовном развитии. Если кто-то будет постоянно думать о ближнем или о Боге, у него не будет проявляться сексуальный инстинкт. Только новички допускают занятия сексом, но это непозволительно для тех, кто продвинулся в духовном развитии. Если жизненная энергия, которая в семени, будет часто растрачиваться через занятия сексом или другим каким-либо образом, то подобно фитилю от горящей лампы, человек потеряет фитиль в жизненной лампе и скоро умрет. Лишь когда мы очищаем фитиль, чтобы лампа горела более ярко, мы можем избавиться от плохой энергии, занимаясь сексом один раз в полмесяца, и это для личности, которая начала свое духовное развитие, то есть для новичка, а не для продвинутого практикующего».

Он дает советы ученикам-мирянам, монахам это не подходит. Не все, что говорят святые, следует воспринимать буквально.

Здесь он говорит:

«Но если кто-то очень серьезен и совершенен, и имеет своей целью Бога и сострадание ко всем живым существам, то у него не будет негативной, испорченной энергии, поэтому ему не надо тратить жизненную силу в сексе и его жизнь будет долгой».

Терять при сексе энергию с семенем для йогина – это абсолютный минус, это терять жизненную прану и все свои духовные устремления. Кроме того, что забиваются нади и ум, возникает сбивающая прана, которая сбивает созерцание, это также энергетические потери, которые восполняются пищей только через две недели.


«О, мой Отец, такой добрый, как множество матерей! О, один единственный верховный Господь! Когда бы я ни говорил или ни рассказывал о Тебе, мой рот становится слаще всего на свете. Когда бы я ни подумал о Тебе, мой ум становится блаженным. Когда я осознал Тебя, все мое истинное знание становится блаженным. Когда это так, как я могу описать безграничное блаженство и счастье, которое я получаю?»

Вам нужно понять, о чем говорит этот святой. Если вы пребываете в духовной летаргии, в духовном сне, живете в прострации день ото дня, «варитесь» в соке своих желаний и эго, вы очень далеко от этого. Вам следует всегда думать, какое сознание имеют святые. И думать так: «Я должен оставить свое сознание с тем, чтобы воспринять сознание святого». Святые живут в блаженстве, в непрерывном экстазе единства. Они настолько им опьянены и поглощены, что испытывают сильное блаженство даже физическое, не только умственное. Можно сказать, вся их жизнь становится песней, танцем, непрерывным экстазом, радостью, когда он думает: «Это настолько хорошо, что это невозможно». Тем не менее, испытывая такое блаженство, он не привязывается к этому. Для того чтобы пребывать в таком состоянии, мы должны непрерывно, правильно заниматься созерцанием, направлять свой ум, фокусируя его на единый Источник.

«Могу ли я забыть Тебя, когда я никогда не знал, как можно забыть о Тебе? Если я забуду Тебя, я умру. Я не могу вынести даже секунды. Это обещание для Тебя».

«Я не могу вынести даже секунды». Для святого даже малейшая разлука с этим видением Ясного Света представляет собой страдание.

«Много раз я забывал о моем теле, моей душе, моих чувствах и обо всем этом мире, но я не помню, чтобы я забывал о Тебе. У меня нет никаких желаний, кроме как достигнуть Тебя. Я не буду желать получить ничего другого, кроме Твоей милости. Мне не нравится думать ни о чем другом, как о Твоей славной милости».

Продвинутый йогин отличается тем, что ему не нравится думать ни о чем другом, кроме как об Абсолюте. «Думать», этот термин пусть не вводит вас в заблуждение, поскольку в Учении мы говорим больше созерцать, пребывать вне медитации. Это состояние гораздо глубже, чем думать, чем мысли. Предполагается, что опытный практик позволяет уму двигаться, и он может думать о нейтральных вещах, святых и даже неблагоприятных. Тем не менее, сам он в думании не участвует, он непрерывно находится в созерцании за пределами мыслей, воссоединяя любое движение мысли с состоянием Ясного Света. Таким образом, он не разлучается никогда с этим. Но до тех пор, пока искусство созерцания не достигнуто, следует учиться буквально умом и мыслями думать о правильном объекте. Поскольку если вы будете думать о мирских, нейтральных или неблагоприятных вещах, то вам не удастся воссоединить их с созерцанием. Это будет просто отвлечением. Мысли обладают большой силой и зарядом.


«Мне жаль, что Ты не даруешь мне исполнения всех моих молитв. Мне жаль, что я не могу любить всех любимых живых существ. Я должен ходить всюду и достигать каждого места, должен распространять и говорить о Твоей великой славе и о Твоей милостивой природе».

Эти строки надо слушать немного с другим сознанием. Вы видели собрания христиан, харизматов, евангелистов, где они говорят: «О, мой Господь!»? Понимаете, если вы слушаете эти строки с устало-безрадосто-спящим сознанием, то это как апарадха, маха-апарадха. Это строки, перед которыми надо плакать от благоговения. Но если у вас сознание не поднимается, то только сострадать можно.

«Я должен распространять путь шуддха-санмарга, и весь мир должен оценить величие Света Милости. Если я допущу какую-то ошибку, Ты должен вытерпеть ее и простить меня. О, Господь! Я хотел бы условий, в которых я всегда бы был с Тобой, всегда помня о Тебе, не будучи отделенным от Тебя. Все страдания и беспокойства ушли. Блаженство и счастье стали моим другом, Свет Милости окружил Тебя и полностью наполнил Тебя, и он Твой собственный. Ты стал владельцем счастливого состояния шуддха-санмарга. После устранения всех злодеяний и грубостей, после убеждения каждого следовать доброй дорогой, которая есть путь шуддха-санмарга, после обретения реально счастливой жизни Ты пожелал сделать всех живых существ ведущими счастливую жизнь. Согласно Твоим желаниям, о, мой Возлюбленный, я умоляю Тебя сотворить это в условиях бессмертия, на очень долгое время навсегда пребывать в счастливом состоянии. Я даю Тебе управление священным Светом Милости. Я никогда не оставлю Тебя, я никогда не унижу Тебя. Это мое обещание и это мое обещание. Благослови меня с этими святыми, блаженными словами, о, мой Восприемник! Ты пребываешь со мной, о, Всемогущий, владеющий всеми мистическими силами. О, Король святых танцоров, пребывающий ясно сияющим в красивом доме мудрости. Когда бы я ни был счастлив, я чувствовал счастье, думая о Твоей природе. Когда бы слезы ни падали с моих глаз, я чувствовал мысли о Твоей милости. Когда бы я ни просвещал запутанное и обеспокоенное состояние ума тех, кто ко мне приходил, я просвещал их замешательство и беспокойство только говоря о Твоих великих качествах. Я не помню, чтобы я делал что-либо еще. Нужно ли мне говорить Тебе все это так часто? Твой святой Ум все это знает».


Он говорит: «Я не помню, чтобы я делал что-либо еще». До тех пор, пока мы не соединились с этим великим Духом, мы делаем множество вещей. Когда мы входим в естественное состояние, мы не помним, что мы делаем еще что-то, кроме созерцания этого великого Духа. Даже если это делается, все это уже к нам дела не имеет. Поймите, быть в естественном состоянии, это означает, не ходить, не делать, не есть, не спать, не говорить, а только быть в Нем. Если что-либо проявляется, это видимо другим, но ваш ум занят воссоединением и ведением этого великого Источника.

«Принимая пищу, сливаясь с Тобой и становясь счастливым, засыпая и пробуждаясь, осознавая мирской опыт, становясь счастливым после обдумывания, изучения всего, что нужно знать, и впадения в глубокую продолжительную любовь к Тебе, у меня не было никакого другого переживания кроме Тебя».

Эти строки – самая соль, квинтэссенция наставлений по Лайя-йоге. «Никакого другого переживания кроме Тебя». Здесь нет ни одного указания на делание чего-то по моей воле или разумению без Тебя. Он говорит: даже нет ни малейшего намека, чтобы я делал что-то, что было бы отдельным от видения Тебя, по своему разумению, по воле своего эго, низших частей ума, витала, тела и прочего.

«Твой ясно сияющий святой Ум знает все. Нужно ли мне говорить так часто Тебе об этом?

Если тупой сын избивается отцом, мать, увидевшая это, тотчас обнимет сына. Если та же мать в гневе бьет сына, отец остановит мать в ее наказании и обнимет сына. Таким наказывающим отцом и матерью в этом мире для меня есть Ты. Тогда я молюсь Тебе: прекрати меня бить и обними меня. О, мой святой Отец и Мать! Я не могу выносить наказания в будущем, подобно тому, если Ты хочешь наказать меня как отец, Ты, будучи матерью, также обнимешь меня как мать. И если Ты хочешь наказать меня как мать, Ты, пожалуйста, обними меня как отец. Вы оба есть и отец, и мать для меня».

Быть искусным в единстве с Великим Источником – это означает, что когда бы ваш ум, желания ни пытались вас наказать, вы всегда можете воссоединиться с ним. Когда вас наказывает какая-то часть вашего «Я» в виде страданий, болезней тела, мирских желаний, гордости – это все наказания вашей кармы в виде бессознательности, тяги в сон, чрезмерной захваченности желаниями. Все это наказания, прошлые кармы действуют. Искусность йогина заключается в том, чтобы все равно воссоединиться с Великим Источником, превратив наказание во благо.


«О, Глава священных танцоров, ярко сияющий, подобно сияющей драгоценности, Ты благословляешь меня достигнуть окончательного истинного состояния посредством исконной Мудрости. Люди ходят повсюду и кричат самым громким голосом о множестве «измов» и о многих религиях, но они не находят никакого добра в результате следования этим «измам» или религиозным деятелям. Они умирают, в конце концов, и превращаются в пепел после смерти, или они гниют и становятся пылью земли. Думал ли я когда-либо об умирании подобно им? Я желаю достичь высшего состояния, никогда не умирающего состояния. И Ты позволил мне достичь этого состояния. Я молюсь Тебе, открой святую дверь и дай мне амброзию, и благослови меня достигнуть этого окончательного состояния, открывающего все как истинную Мудрость. Я не могу стать отдельным от Тебя даже на секунду. И даже если я воображаю о таком отделении, о, увы, знаешь ли Ты что мое тело, мой ум, моя душа, и мое глубокое сознание обретают ощущение обморока и сильного шока?»

Когда мы слышим слова святых и их мировоззрение, мы обнаруживаем, что нам есть чему у них поучиться. Это совсем другое видение, нежели наше обыденное. Они стремятся к Богу так же, как тонущий хватается за соломинку или как умирающий в пустыне желает пить. Мы всякий раз должны сравнивать свое видение с видением таких святых, чтобы не ошибаться в практике. Обычно учение Лайя-йоги – это не столько эмоции и внешнее проявление, сколько неуклонная ровная внимательность и бескомпромиссное подчинение своего «я» Источнику Ясного Света, а когда приходят искушения и соблазны, это продолжение такого подчинения. Когда вы начинаете практиковать, то все кармы восстают, и вы испытываете различные искушения. Только тот, кто может пройти эти искушения до конца, воссоединится с Ясным Светом. Противостоять искушению привязанности к еде означает быть сознательным во время еды. Это не означает поститься. Поститься – это другая крайность, это не трудно. Но быть сознательным, когда ешь, это сложнее. Противостоять искушению сна, когда спать не надо, это означает закусить губу до крови и думать: «Я буду бодрствовать» или сесть в падмасану. Таким образом монах учится противостоять искушениям. Противостоять искушению привязанности – выйти в мир лишний раз, посмотреть, как там живет сансара, не исчезла ли еще. Нужно противостоять отречением, отсечением, думая так: «Я здесь проживу до конца всю жизнь, пока не войду в Радужное тело, или буду здесь бессмертным». Противостоять чувству гордости смирением и отсечением гордыни.