birmaga.ru
добавить свой файл

1
Lita


ПОЛЬЗА МЕЧТЫ

(история из цикла "Камешки")

Плюх!
- Ай!
Лужа была глубокая. Небо было голубое. Лужа была чистая, и небо отражалось в ней, почти не теряя цвета. Я и шагнула в лужу, как в небо.
- Опять замечталась?
- Ага (выливая из туфли воду - хвала непромокаемым изделиям из кожи!)
- Не понимаю я тебя. В этом же нет совсем никакой пользы!
Польза от мечты? Ну, знаете… Я даже не знаю, как на это ответить!

Микла был карманным вором – и весьма искусным, надо полагать, раз его еще не разу не поймали… Был, правда, один случай, когда его чуть не схватили за руку, но, как известно, один раз не считается. А еще он был страшно везучим вором, о чем говорила хотя бы эта, сегодняшняя встреча, словно посланная ему Судьбой.
Толкаясь в праздничной (то был очередной День-В-Честь-Чего-то-Там) толпе, и, выбирая жертву, он буквально наткнулся на двух увлеченно разговаривавших магов.
Нет, эти двое немолодых мужчин, приземистый толстячок и сухопарый гигант, ничуть не походили на магов. Мантии свои они оставили дома, (солнце жарило вовсю), но друг друга называли не иначе как «твоя властность» или «твое могущество», не столько с уважением, сколько с иронией… Маги были, кажется, слишком увлечены разговором, чтобы замечать, что бы то ни было вокруг. Тема их разговора мгновенно заинтересовала Миклу.
- Ну, ты, твоя властность, и загнул! – толстячок выглядел изрядно возмущенным, даже немаленькое пузо его ходило волнами, - в конце концов, ты сам никогда не был вором!
- Ты тоже, ну и что? – спокойно пожал плечами сухопарый, хотя этот жест едва ли произвел нужное впечатление на разъяренного коротышку, - мысли вора так просты, что прочесть их может даже ребенок. Бери все, что плохо лежит – это раз. Бери все, что доступно, даже если оно тебе не нужно – это два. И, в-третьих – чем больше препятствий между тобой и вещью – тем интереснее ее украсть. Что тебя, твоя властность, тут не устраивает?

- Меня не устраивает самоуверенность некоторых магов! Эта твоя шкатулка, которую якобы невозможно украсть…

- Якобы? – голос высокого прогремел с такой силой, что коротышка поморщился, - якобы? В таком случае – вот она! Попробуй хотя бы подумать о том, чтобы украсть ее… обещаю тебе большой сюрприз!
Шкатулка, выхваченная тощим магом прямо из воздуха, шкатулка, которая тотчас очаровала Миклу, ярко заблестела на солнце. Микла поразился удивительному совпадению. Маги говорили о ворах и их способностях, бросая вызов этому честному племени избавителей человечества от всего лишнего; а он, один из представителей этого племени, оказался свидетелем разговора.
- Какой сюрприз? - даже не взглянув на шкатулку, вопросил полный маг, - превращение в мышь? Мгновенная смерть? Неизлечимая зараза?..
Тощий прервал его, нетерпеливо взмахнув свободной рукой.
- Тоньше надо быть, тоньше! Смерть, болезнь... ерунда. Все это давно уже используется – а толку? Видел ты хоть один дом, надежно защищенный от воров?
- Не видел, и, скорее всего, так и не увижу. Ты, твоя властность, выдумывать горазд, да и только. Болтать каждый может… Будь я вором, я бы немедля умыкнул твою шкатулку - для своего удовольствия и чтобы проучить тебя!
Микла ухмыльнулся. Для своего удовольствия он готов был сделать что угодно. Да и какой честный, порядочный вор отказался бы спереть столь дивную вещицу? Шкатулочка была серебряная, с камешками и узорчиками – как раз такая, за какую перекупщик по кличке Тихий Мрак без спора отвалит монет по ее весу… и кем считать себя после всего этого, если не счастливчиком?
Потихоньку подвинувшись к спорящим магам, Микла в первый раз осторожно прикоснулся к шкатулке в руке тощего мага, так удобно отведенной чуть в сторону. Маг постоянно двигался, но в такой толпе это было скорее помощью, чем помехой.

«Хороша, - подумал вор, - никогда такой не видел. Та, золотая из музея, и то похуже была». Он с упоением представил себе, каким станет лицо Тихого Мрака - тот корчил разные рожи, в зависимости от того, какой товар ему приносили. Самая мерзкая мина доставалась тем, кто притаскивал хлам. Лицо перекупщика становилось кислее лимона – глянешь на него, и тут же начинает щипать язык, и сам скривишься и скуксишься. Следом шло выражение легкой брезгливой заинтересованности - его часто доставалось видеть Микле. Он был, конечно, счастливчиком, но много ли в карманах бывает стоящих вещей? «Чегой-то ты мне притащил?» - спрашивало лицо скряги-перекупщика в таких случаях. Иногда интерес его выражался яснее и полнее - один глаз сверкает, второй закрыт, руки легко касаются принесенного товара: «Так-так, что тут у нас?» Если же он открывал оба глаза, если ласково оглаживал принесенное ему и медленно, но верно лицо его наполнялось изумлением, а стоящий перед ним начинал чувствовать себя редкостным везунчиком... и королем воров… и вообще… - вот тогда...

Микла очнулся от мечтаний и обнаружил, что так и стоит, держась одной рукой за чужую шкатулку. Он отдернул руку и даже отпрянул, боясь, что уже привлек внимание. Нет, не привлек, хотя маги больше не спорили. Они продвигались сквозь толпу к палатке мороженщика - все маги истые сладкоежки - и Микла, как на веревочке, тащился за ними.
Пока маги торчали в палатке, он караулил их у входа, предаваясь размышлениям. Размышления были чрезвычайно приятные. Сколько может стоить дивная шкатулочка, что за сюрприз обещал маг, и почему он не подействовал на Миклу? Ответы были - пять сотен золотых, какой-то пустяк, и потому что Микла - счастливчик. Он так замечтался, что едва не упустил магов.
Вот он снова рядом. Вот приготовленный - чтобы заменить им шкатулку, убранную магом в карман на глазах Миклы – камень. Вот рука тянется за добычей…
«Уеду в столицу, - подумал Микла и словно почувствовал, как солнце - которое в столице, как известно, светит ярче, ласково погладило его своими лучами, - говорят, там есть такие богачи, что если их грабить понемногу, они этого даже не замечают...»
Он тут же представил одного такого... Вот идет по улице жирный богач, на поясе - золотые ключи, на груди десяток цепочек, на одежде камней не считано – сверкает, как фейерверк... Тут подходит он, Микла... Два аккуратных движения, и вот уже большинство цепочек, ключи и часть камешков в его кармане... А богач идет себе дальше, не заметив, как полегчал...
Сладкая мечта ушла, оставив Миклу стоять посреди площади. Магов рядом не было. «Мама, - мысленно сказал Микла, ощущая себя ребенком, который не то, что украсть – выпросить ничего не может, - что со мной такое?»
Эта мысль, не понравилась ему; он уже лет пять не вспоминал маму... Микла беспомощно оглянулся и углядел-таки в толпе спины уходящих магов. Неожиданная злость с лихвой перекрыла весь азарт, что был до этого. «Все равно украду», - подумал вор и кинулся догонять уходящих.

Он настиг магов возле ограды университета. Здесь было не так много народу, и это делало его задачу более трудной. Микла подумал немного и прибег к одной из тех уловок, которыми не любил пользоваться. Поглазел вокруг, стараясь распознать, не наблюдают ли за ним; по переулку обогнал магов, вышел навстречу неверной походкой слегка подгулявшего человека, и точно невзначай толкнул тощего мага. Это был даже не толчок - а нежное прикосновение... «Так ветер касается щеки юной девушки, - подумал он, мысленно улыбаясь - так мать касается младенца, так снежинка касается земли...» Он хотел – нет, он должен был! - или просто - он мог? - подменить шкатулку камнем... Но когда маги отошли шагов на десять, он обнаружил что в руке его по-прежнему камень. «Мама, - во второй раз сказал Микла и добавил для ровного счета и третий, - мама...» И ему тотчас представилось лицо мамы... Они не была красивой, но была – доброй, и вот такой красотой - красотой доброты, она обладала. Как она улыбалась? Это была самая замечательная улыбка на свете! Воришка воочию увидел эту улыбку, и словно расцвел, и потянулся навстречу… Мама шла к нему и смеялась - солнце золотило ее волосы, и ресницы и платье, и Микла, не удержался. Он счастливо засмеялся, и не сразу заметил, что еще два человека смеются вместе с ним. То были высокий и полный маги.

Отсмеявшись, они пожали друг другу руки.
- Поздравляю, коллега, - усмехнулся полный, отвешивая высокому поклон, - ты сделал то, что обещал, и выиграл наш спор. Это же надо – создать заклятье, по-настоящему, то есть раз и навсегда останавливающее вора! Ну а ты мальчик, что так оторопел? Тебе неприятно, что мы использовали твои таланты против твоей воли?
Микла, хлопая глазами, смотрел на мага. И не то что его назвали мальчиком, и не то, что его, в самом деле, использовали, (Сила есть Сила, маги способны с ее помощью на всякие коварные штучки), а другое больше всего потрясло и испугало его.
- Я не… что значит – навсегда останавливающее вора? Вы заколдовали меня?
- Глупышка, - ласково произнес полный маг, - можно сказать, что ты сам заколдовал себя. Отныне стоит тебе только протянуть руку к чуждому добру, как ты о чем-нибудь размечтаешься - о чем-нибудь очень приятном, заметь, и напрочь забудешь обо всем остальном. Ты больше не сможешь воровать, но и тебя теперь тоже никто не сможет ограбить. Такое милое заклятие, правда? Никакого насилия, никакого вреда…
- Да ладно тебе, твое могущество, измываться над пареньком, - вмешался тощий маг, - на нем и так уже лица нет. Еще скажи ему, что это твое заклятье заразно. Все, кто попытаются обжулить заколдованного, подхватят вирус мечты. В конце концов, должна же быть от нее хоть какая-то польза!
Полный маг беспечно пожал плечами, за что высокий наградил коллегу неодобрительным взглядом. Взгляд же, которым он одарил Миклу, был полон искреннего сочувствия.
- Ты вот что, паренек… я признаю, что мы поступили с тобой бесчестно, но извиняться, конечно, нет смысла. Ты вор, мы – маги, каждый выбрал свое и с этим уже ничего не поделать. Но вот от этого ты точно не откажешься.
Он бросил Микле тяжеленький мешочек, и тот невесть как сумел поймать его чужими, непослушными руками.

- Конечно, это не золото, малыш, но эти деньги ты честно заработал – впервые в жизни, заметь. Так вот и знай, что ты способен на это. Ну, прощай.

Маги отвернулись и быстро зашагали прочь, утратив всякий интерес к своей жертве.
Воришка с ужасом и недоверием смотрел на мешочек. Он был уверен в том, что там действительно деньги, но вид кошелька с честно заработанными монетами, внушал ему ужас и отвращение. «А что, если они наложили какое-нибудь заклятье и на этот кошель? – подумал Микла и невесело усмехнулся, - наверняка так оно и есть. Станет кто-то за просто так деньги давать… Но на эту удочку я больше не попадусь».
С трудом заставив себя спрятать кошель за пазуху, он дошел по дышащим вечерним, остаточным жаром улицам до ближайшего канала; там он распростился с честно заработанным, бросив кошелек в воду. Испытанное им от этого облегчение было не сравнить даже с тем, которое Микла испытал, благополучно ускользнув от едва не схвативших его Стражей. Сейчас ноги несли его туда, куда он, в силу своей везучести до сих пор ни разу не попадал. Было на свете единственное место, где он мог чувствовать себя по-прежнему уверенно и спокойно. Он представил себе маленькую комнатку, где нет ничего лишнего, где нечего красть, а значит, заклятье не действует, комнатку, единственный недостаток которой - запертая дверь, и блаженно улыбнулся.
…В семь часов вечера улыбающийся человек вошел в тесноватое здание, где размещалась городская Стража.

- Добрый вечер, - сказал он, - меня зовут Микла, я карманный вор.