birmaga.ru
добавить свой файл

1

Интеллигенция и церковь: ХХ век

26.03.2014

Юлия Балакшина

Александр Буров



Кафедре музейного дела и охраны памятников в Санкт-Петербургском университете — 10 лет. Как и положено серьезному учебно-научному учреждению, это событие было отмечено не просто за столом, а — за круглым столом «Судьбы русской интеллигенции в первой половине ХХ века». Работу по подготовке семинара возглавил М.Б. Пиотровский, директор Государственного музея Эрмитаж, который все десять лет заведует кафедрой музейного дела и охраны памятников в Санкт-Петербургском университете.

"Перемолотые" и "неперемолотые" – все они явили опыт страданий и духовной борьбы, в меру личных нравственных качеств обозначив трагические пути "от идолов к идеалам", богопознания и богоборчества ­– одни на Родине, другие – в эмиграции. Об этом организаторы предложили поразмышлять в рамках круглого стола.

Среди участников встречи были верующие и атеисты, студенты и профессора, сотрудники музеев, служители церкви, представители мирянского церковного движения — Преображенского содружества малых православных братств. Благодаря такому разнообразию, а также доброжелательной и вдумчивой позиции ведущей — Марины Цветаевой, д.культурологии, профессора кафедры музейного дела и охраны памятников СПбГУ - практически каждый доклад сопровождался дискуссией.

Большая часть выступлений была посвящена судьбам интеллигенции, так или иначе связанной с церковью, — людям верующим или приходящим к вере.


О роли интеллигенции в церковной жизни в первые годы ХХ века сделала доклад Юлия Балакшина, канд. филол. наук, доцент РГПУ им. А.И. Герцена и Свято-Филаретовского института. Она рассказала о том, что к началу XX века в русской церкви появилась целая группа представителей православного духовенства, не только прочитавших А.С. Пушкина, Г.В. Гоголя, Ф.М. Достоевского и Л.Н. Толстого, но и признавших их безусловную ценность для духовной жизни и оказавшихся перед вопросом, как религиозно понять и освятить светскую науку, культуру, общественный прогресс. Это был знаменитый кружок «32-х» священников (1905-1907 гг.), которые считали крайне необходимым церковное обновление и христианское возрождение, в первую очередь, через возрождение внутренней самостоятельной жизни церковного организма: «объединение членов Русской Церкви между собою; осуществление соборного начала во всей церковной деятельности». Члены кружка, многочисленными личными связями соединенные с культурной элитой эпохи «серебряного века», несмотря на свою относительную малочисленность, ставили эпохальные вопросы, разрешение которых, возможно, открыло бы пути к религиозному возрождению культуры и творческому обновлению церкви.

Александр Буров, старший научный сотрудник Государственного музея истории религии, рассказал в своем докладе об идее и организация выставки «Неперемолотые. Опыт духовного сопротивления», проходившей в Петербурге в 2011 году. Большая часть экспозиции о церковном подполье была посвящена судьбам верующих людей, в т.ч. и представителей интеллигенции, первой половины ХХ века. При этом главный акцент был сделан не на страдании, а на том, как в условиях массового террора люди не только сохраняли веру, но и передавали ее другим. Уникальный опыт сотрудничества государственного музея с Преображенским содружеством малых православных братств, члены которого добровольно, без всякой оплаты, собирали экспозицию из самых разных архивов и коллекций, а затем обеспечили музей высококвалифицированными компетентными экскурсоводами, произвел большое впечатление на присутствующих. Деятельность членов Преображенского братства докладчик назвал примером бескорыстного служения церковной интеллигенции.


Также прозвучали сообщения Лидии Соколовой, заведующей музеем Александро-Невской лавры, секретаря епархиальной Комиссии по канонизации, на тему «Нравственно-религиозный выбор ленинградской интеллигенции в 30-е годы ХХ века» и протоиерея Андрея Дьяконова, настоятеля храма Благовещения Пресвятой Богородицы на Васильевском острове, «Русские в мировой культуре: история хора донских казаков под управлением С.А.Жарова 1921-1979».

В завершение семинара прозвучали доклады Наталии Арефьевой, директора Государственного литературного музея "XX век" — «Литературный музей" XX век": история, экспозиция, основные направления работы» и Алексея Семкина, канд. искусст., доцента кафедры литературы и искусства Санкт-Петербургской Государственной Академии театрального искусства,  старшего научного сотрудника Государственного литературного музея "ХХ век" — «"Подлейшее глумление" или скепсис философа. Об отношении М.М. Зощенко к религии и религиозности».

Семинар, который не только рассказывает о взаимодействии музеев и церкви, но и своей работой развивает это взаимодействие, продолжит свою работу в течение года.

Анастасия Наконечная

32 священника «серебряного века»

В Петербурге состоялся круглый стол «Судьбы русской интеллигенции в первой половине XX века»


Дата публикации: 27.03.2014



К началу прошлого столетия русское общество оказалось расколото. Трудно представить себе два более непохожих мира, чем русская интеллигенция и духовенство начала века. Но именно тогда богоискательски настроенные и думающие, хотя часто внешне далекие от церкви люди и представители духовенства, видевшие стагнацию церковной жизни и многовековые искажения христианства народными суевериями, бессилие догматических формул удовлетворить духовные запросы людей и повлиять на устроение общественной жизни, вступили в диалог друг с другом.


О людях, инициировавших этот диалог, о его центральных вопросах рассказала старший преподаватель Свято-Филаретовского института кандидат филологических наук Юлия Балакшина на круглом столе «Судьбы русской интеллигенции в первой половине XX века», состоявшемся в Санкт-Петербурге 21 марта. Круглый стол был организован кафедрой музейного дела и охраны памятников СПбГУ, возглавляемой директором Эрмитажа Михаилом Пиотровским.

Доклад Юлии Балакшиной был посвящен кружку «32-х» молодых петербургских священников, взявших на себя труд и риск диалога с нецерковной интеллигенцией. Один из членов этого кружка, о. Константин Аггеев, крестил Семена Франка, дружил с Сергеем Булгаковым и Николаем Бердяевым, принимал в своем храме поэта Вячеслава Иванова и мать Александра Блока и пенял Петру Струве в переписке, что тот вовремя не крестил сына.

«Участники группы "32-х", многочисленными личными связями соединенные с культурной элитой эпохи “серебряного века”, оказалась не только в центре церковных коллизий своего времени, но и в центре того религиозно-философского ренессанса, который переживала в начале XX века русская культура», — отметила Юлия Балакшина.

Одна из задач, которую ставили перед собой члены группы «32-х», — поиск нового языка и способа передачи опыта веры, свидетельства о Христе в период, когда схоластическое, наукообразное богословие переставало быть понятным и убедительным. Этот новый язык, преемственный по отношению к языку русской культуры и литературы, создают Алексей Хомяков и Николай Аксаков, Семен Франк и Николай Бердяев.

Молодых священников интересовала также новая постановка проблемы личности. Людей, которые искали проявления в человеке образа Божьего уже здесь и сейчас, не готовых довольствоваться верой, оторванной от практической жизни, не могло устроить понимание жизни «здесь» как приготовления к жизни «там». Все это все ставило перед самой Церковью вопрос о том, как ей стать похожей на саму себя, способной к воплощению евангельского слова в отношениях между людьми.


На круглом столе поднимался и вопрос о том, как современная церковь может находить язык, внятный для людей живой совести и высоких духовных и культурных запросов. Старший научный сотрудник Государственного музея истории религии Александр Буров рассказал об экспонировавшейся в музее в 2011 году выставке «Неперемолотые. Опыт духовного сопротивления в XX веке», организованной Преображенским братством и Культурно-просветительским центром «Преображение» при поддержке СФИ. Одна из особенностей выставки в том, что она рассказывает о самых страшных страницах в истории Русской православной церкви, делая акцент не на масштабе преступлений советской власти и народа, но на опыте тех верующих, которые в нечеловеческих условиях сохраняли человеческое достоинство и своим примером и помощью вдохновляли других людей.

Такой подход вызвал дискуссию и даже спор: стоит ли так героизировать историю XX века и возводить в принцип опыт мужественных одиночек? Известно же, что храмы превращали в туалеты и карцеры сами вчерашние прихожане, что архивные документы и воспоминания людей, прошедших через советскую систему правосудия, представляют собой отнюдь не вдохновляющее чтение. Заведующая музеем Александро-Невской лавры, секретарь Комиссии по канонизации Санкт-Петербургской епархии Лидия Соколова заметила, что интеллигенция не всегда проявляла стойкость, падая в руки ВЧК (НКВД), и в своих показаниях, дабы избежать наказания, была готова скрещивать марксизм и христианство. В то же время одна из участниц круглого стола Анастасия Наконечная вспомнила о верующей интеллигенции, входившей в состав Александро-Невского братства, которая в условиях арестов и ссылок явила пример верности Христу и Церкви.

«В контексте всего разговора отношения церкви и интеллигенции предстали как сложный процесс, требующий вдумчивого осмысления, — прокомментировала Юлия Балакшина. — Живой неугомонный поиск истины, сознание ценности человеческого достоинства, готовность к жертвенному служению делу созидания земной правды — черты, исконно присущие русской интеллигенции, — на трагических путях XX века оказались обогащены тем, что несли в себе лучшие представители Церкви: духовной стойкостью, верой и верностью, предощущением реальности Небесного Царства и силой Христова Воскресения».


Вопрос о диалоге церкви и интеллигенции — это, безусловно, и вопрос сегодняшнего дня, который трудно будет решить без взаимного доверия и интереса, без обретения взаимопонятного языка этого диалога.

В круглом столе также приняли участие настоятель храма Благовещения Пресвятой Богородицы на Васильевском острове протоирей Андрей Дьяконов, директор Государственного литературного музея «XX век» Наталия Арефьева, старший научный сотрудник этого же музея и доцент Санкт-Петербургской государственной академии театрального искусства кандидат искусствоведения Алексей Семкин.

Софья Андросенко

Информационная служба Преображенского братства