birmaga.ru
добавить свой файл

  1 ... 13 14 15 16 17
есть, есть в наличии. За три последующие года они выучили ещё одно слово «ма фи» - нет, нет в наличии. До первой получки мужей они уже знали имена всех торговцев в магазинах городка Табка. После того, как мужья принёсли первую получку, они помчались в тряпичный магазин к Махмуду.


- Махмуд, у вас есть вот такое платьице, вот таким воротничком, рюшечки идут вот так, вот здесь ровно, вот здесь пошире, но не особенно широко, вырез вот так. - Кудахтали они Махмуду на русском языке, всё, что говорили, показывали свободными движениями рук, головой, поднятием коленок, чтобы Махмуд из-за прилавка видел длину платьица, и в конце своего подробного описания вопрошали на чистейшем арабском языке: - У тебя фи?

Махмуд всё внимательно выслушивал, внимательно следил за вырезом на груди, за коленками, которые должны закрываться платьем на половину, за голыми руками и шеей лекторш и в конце, вздохнув неизвестно по какой причине, твёрдо отвечал на хорошем русском языке:

- У меня есть всё, и как раз такое платье, мадам.

Но оно не годилось им. Зато поговорили с Махмудом по-арабски на букву фи.

Что уж говорить о работе? Мужики обнаружили, что на станции все от мудира (директора) до последнего слесаря говорят по-русски очень хорошо на любые темы. Кажется, арабский можно не учить. Зачем, если необходимости в этом нет никакой. В этом безапелляционно была уверена меньшая половина инженеров, прилетевших на самолёте. Большая половина колебалась, но склонялась к мнению меньшей половины. И только те, кто приплыл в Сирию на теплоходе, кто побывал в Греции, Египте, на Кипре, позднее в Бейруте были уверены в необходимости изучать арабский язык.

Бывали, конечно, затруднительные случаи, резко ставящие вопрос об изучении языка гостеприимной Сирии, но они без потерь престижа быстро разрешались арабской стороной. На подземном базаре (сук тахт аль-ард) в Алеппо нашим женщинам очень понравилась лавка с тканями. Чего только там не было, таких тканей они и во сне не видели. И как назло, продавец ни слова не понимал по-русски. А наши бабоньки уйти не могут, не пощупав своими руками эти сказочные восточные ткани. Продавец в растерянности, наши напирают, продавец в ответ только руками разводит, да таращит глаза. Нарастает раздражение, поднимается шум, любопытные собираются, сейчас начнётся что-то непредвиденное. Но вдруг из подсобки выскакивает среднего роста молодой упитанный араб и вопрошает на чисто русском языке:


- Что случилось? Что за шум?

И всё сразу свелось к мирным переговорам. Наши всё переворошили и … ничего не купили.

- А где вы так хорошо выучили русский язык?

- Я шесть лет учился в Ленинграде в Политехе.

- И не работаете по специальности?

- А где тут работать по моей специальности? Я и здесь неплохо зарабатываю.

Но это частный случай. Для многочисленных арабских торговцев курсы по изучению русского языка никто не устраивал. Не только русского, но они чирикают на всех языках мира.

9.

Русские, пробыв три года в Сирии, не знают языка «страны пребывания». Интересно и любопытно узнать эту тайну. В чём же дело? Почему так поголовно арабы, армяне, ассирийцы здесь знают русский разговорный язык? Потому что арабские руководители ещё до начала строительства ГЭС приняли очень мудрое решение по изучению русского языка всеми, кто будет работать на строительстве и эксплуатации ГЭС. Через знание языка они ставили цель высокачественной подготовки своего персонала, перенятие опыта, технологии, способов управления, обучения, поддержания квалификации рабочих и ИТР. Власти Сирии хотели получить рабочих и ИТР самого современного уровня. И это им прекрасно удалось через постоянно действующие курсы изучения русского языка для рабочих и инженеров. За полгода до пуска первого агрегата весь эксплуатационный персонал был посажен за парты и прошел интенсивный курс. Затем эти люди были направлены в Союз на гидростанции на практику по тем рабочим местам, на которых их планировалось использовать на ГЭС Табка.

Когда наши эксплуатационники прибыли для обучения сирийского персонала премудростям эксплуатации ГЭС, все арабы уже свободно говорили по-русски, свободно оперировали сложнейшими техническими терминами и понимали всё, что за ними скрывается. Среди них и ребята без высшего образования, те, которых мы называем у себя работягами, у которых за плечами было только школа. Руководитель оперативной службы инженер Рашид Джахджах всего через год изучения русского перевёл с русского на арабский все самые необходимые эксплуатационные инструкции, в том числе Правила технической эксплуатации, Правила техники безопасности. Надо знать каким языком пишутся наши отечественные инструкции, чтобы понять поистине титанический труд Рашида и высочайшую степень овладения им русским языком всего за один год.


После пуска в работу агрегатов новые люди принимались на станцию только после прохождения курса обучения русскому языку. Насколько жёстко и неукоснительно проводились в жизнь намеченные цели, говорят два факта. Первый, арабы с русскими на работе говорили только по-русски. Однажды спрашиваю у своего напарника (сава сава):

- Мухаммед, почему все вы не хотите говорить с нами по-арабски?

Он ответил чётко и ясно.

- Мы должны знать русский язык полностью, чтобы стать хорошими специалистами. За время, пока вы здесь, мы должны успеть научиться не только говорить, но и читать техническую литературу, понимать всё до мелочей, чтобы, когда вы уедите, у нас не было ничего непонятного. Так что «афон», будем разговаривать только на русском языке.

И это говорил не чиновник, выполняющий постановления властей. Это говорил простой дежурный инженер Мухаммед Хамруш. Второй пример. Вечерняя смена дежурного персонала начинается с четырёх часов дня. Подходит сменный автобус и из него выходит только половина смены.

- Мухаммед, где народ? Почему половины смены нет?

- Они на курсах русского языка. Через два-три часа занятия закончатся – они придут.

- Смену нельзя пропускать, - назидательно говорит наш инженер, - в дни дежурства занятия можно пропустить. У нас такое опоздание на работу, да ещё такое систематическое, карается увольнением.

Это наш инженер передаёт «опыт» своему дублёру, арабскому инженеру. Это у нас в Союзе обычная практика. Да не нужен такой опыт арабам. Им важно выучиться русскому языку. Эти дежурные уже прошли обязательные курсы до приёма на работу, теперь их обязали повторно учиться, углублять свои знания. Их товарищи в случае чего побегают в начале смены пару часов в два раза быстрее обычного, только и всего. Очень логично. Дежурный знает, если он будет совершать пропуски на уроки русского языка, то он не получит квартиру. Будет плохо учиться, плохо знать русский, то не видать ему не только квартиры, но и с работы в два счёта вылетит. Великолепные стимулы свободно говорить по-русски всего через 3-4 месяца. Можно говорить, что этим успехам моих коллег-арабов способствовали также хорошие программы обучения. И у руководителей государства не возникает проблем, как эксплуатировать сложнейшее оборудование станции.


Русских инженеров такая постановка изучения языка задела за живое. Правда, только тех, кто приплыл в Сирию на теплоходе, и небольшую часть тех, кто прилетел на самолёте. Сначала осторожно, потом смелее стали задавать начальству вопросы по организации курсов по изучению арабского языка. И первый, кто усомнился в их необходимости, был, угадайте с трёх раз, кто? Правильно! Секретарь парторганизации, скрывающийся в «стране пребывания» под должностью председателя профсоюзной организации проекта, Хлопков. Не знаю человека, нанёсшего больше вреда престижу нашей Родины в Сирии. Да ещё один был там такой же очень влиятельный дуб – заместитель главного эксперта по эксплуатации ГЭС Иванов М.А. Только эта пара решала, что можно, а что нельзя позволять нашим специалистам. Нас никто и не собирался обучать арабскому. Напротив, нам всячески отказывали, не считая необходимым объяснять, почему это делается. Но наше подспудное давление усиливалось. Кухонное возмущение немедленно докладывалось, кем следует и кому следует.

В один прекрасный день вдруг было объявлено, что организуются курсы по изучению арабского языка. Это было столь неожиданное снисхождение высшего начальства в лице Иванова М.А., что не сразу в эту весть поверили. Что могло случиться с начальством? Какие обстоятельства, какие замыслы несло это решение? Ответа не было ни тогда, ни после.

И вот в один из предвечерних часов в самом большом классе русской школы собралось столько жаждущих приобщиться к тайнам языка дружественного народа, что мест за партами для всех не хватило. Собралось почти сто человек (кошмар! из 3000!!!). Принесли все имеющиеся в других классах стулья, сидели на подоконниках. Класс гудел трепетом и восторгом. Без преувеличения. Стремление к знаниям у большинства тогдашних инженеров было огромно, и когда открывалась малейшая возможность узнать новое, углубить старые знания, это вызывало радостный энтузиазм. Инженеры того времени свято верили, что никакие знания не пропадают, они рано или поздно будут применены в жизни с эффектом, вызывающим удовлетворение собой и гордость своей работоспособностью. Но в этот вечер их ожидания оказались напрасны, преподаватель не приехал к назначенному часу из Дамаска. Может быть, и приехал, да не захотел спешно бежать на первое занятие. Эта догадка имела под собой прочное основание, ведь автобус из Дамаска пришёл точно по расписанию за три часа до начала занятия. Через два дня по расписанию курсы открылись. Наш преподаватель - выпускник Ташкентского университета по специальности: «Литературоведение и письменность фарси» и дополнительно «Арабский язык». Так или приблизительно так он отрекомендовался новым слушателям и охотникам знать арабский язык. В Сирии работал переводчиком в Управлении строительством. На курсы записались рядовые инженеры и ни одного, ни одного! руководителя даже самого низкого уровня!


На этом уроке учитель показал ученикам первые 14 арабских букв. На том и закончился урок

За то короткое время, пока прилежные ученики закрывали тетрадки, учитель мгновенно исчез из класса. Это имело далеко идущие последствия для существования курсов.

На втором состоявшемся уроке рассматривались остальные 14 букв арабского алфавита. Но ни на подоконниках, ни на принесённых из других классов стульях сидеть было некому, все уместились за партами. Люди поняли, что это за преподаватель.

На следующем третьем уроке занятыми оказались только половина парт. Преподаватель ещё не успел открыть рта, как дверь в класс отворилась, вбегает тётя Мотя с квадратными от усердия глазами и объявляет, что всем срочно идти в ДК. Из Дамаска приехал представитель посольства с важными сообщениями для всего эксплуатационного персонала. Наш учитель с огромным удовольствием умыл руки, а его ученики с раздражением загремели партами. Что делать, тут дисциплина почти солдатская, но хуже. Через десять минут они сидели в зале ДК и с недоумением переглядывались, слушая выступление чиновника посольства. Полтора часа он о чём-то нудно курлыкал с трибуны, никто не мог понять, в чём была срочность и важность его сообщения. Все потом сошлись во мнении, что это было обычное политзанятие, предусмотренное планом работы посольства с командированным персоналом. Объяви всем, что будет заурядное политзанятие, из сотен людей вряд ли пришло бы более двух десятков людей, а галочка в отчёте должна быть поставлена за всех.

Через два дня на четвёртое занятие по арабскому языку пришли девять человек. Но урок не состоялся – преподаватель был в Дамаске

Пятое занятие не состоялось, так как нужно было срочно сдавать нормативы на значок ГТО. Ученики чуть было в обморок не упали от такого известия. В Союзе уже лет тридцать как наглухо забыли об этих БГТО и ГТО, и вот на тебе, кому-то позарез нужно было вспомнить, проявить никому ненужную инициативу, с достоинством отрапортовать об исполнении в Москву. Там чиновник от удивления, несомненно, потерял дар речи, но по долгу службы обязан был одобрить неустанную заботу партийных вождей о здоровье трудящихся. Сдаём, куда деваться? Ладно бы тридцатилетние мужики вспомнили свои армейские годы, но среди командированных были люди пятидесятилетнего возраста и старше. И им сдавать на значок ГТО! Руководил этой акцией какой-то чиновник из управления строительством. Весь день мы сдавали нормы на значок ГТО. Инженер-проектировщик, что жил на одной площадке со мной, после прыжков в длину выпучил глаза, задохнулся. Спрашиваю судью:


- Зачем ты гоняешь старика, ему 58 лет. Завтра он пенсионер. Какие нормы он может выполнить в таком возрасте? Поставь ему, что нужно, и отпусти.

- Хочет остаться здесь работать, так и нормы мастера спорта перевыполнит. Не лезь.

Этот главный судья по всем видам спорта решил одним махом прекратить возмущение передовиков производства, ведь только они командировались в загранкомандировки, повернулся к остальным и заявил:

- Если хотите остаться в Сирии, то выполните все нормативы по первому разряду независимо от возраста.

Слава богу, снизил требования с мастера спорта до первого разряда. Возмущение сразу слетело с языков в глубины душ и там закипело так, что все с необыкновенной лёгкостью выполнили все нормативы ГТО. Вот ведь как важно было прыгать выше всех, бегать быстрее всех в пятидесятилетнем возрасте. А то арабский учить моду взяли. Этого спортивного судью на курсах по изучению арабского языка никто ни разу не видел.

Шестой урок был посвящён изучению правил арабского правописания. Стало понятно, как и чему нас научат. На следующий урок преподаватель не явился.

На последнее занятие по арабскому языку пришли всего три человека. Учитель с нескрываемой радостью отказался проводить урок, заявив, что на трёх человек тратить своё драгоценное время не будет. Иванову М.А. он доложил, что никто не ходит на курсы, Иванов облегчённо вздохнул.

Так по-нашему обыкновению и закончилось изучение арабского языка, чтобы больше уже никогда не начинаться. Никто больше не пытался учиться, только один твердолобый инженер, очень уважающий своих арабских товарищей, культуру древнего народа Сирии, начал изучать язык страны пребывания самостоятельно.щем впечатлений мало.зоры. гие. нв стевшему городу, любуются красивейшими узорами рды, беседует, а их жёны гоняют машины с д Это было не просто: никаких учебников, самоучителей, грамматик, даже словарей не было.

Прошло пол года. Наш инженер, увы, не полиглот, стал читать арабские газеты, которые пачками приносил его арабский коллега на вечернюю смену,арабском языке, словарный запас наших инженеров начал быстро расти.команды с Центрального пульта дежурным инженером давались н читал сначала медленно, потом всё быстрее и быстрее. И среди 3000 русских в Ас-Сауре только один этот инженер и мог читать по-арабски. За всех один. Мойра грустно вздохнула, ещё раз обиделась, и улетела насовсем домой на Олимп.


В торце монтажной площадки машинного зала ГЭС Табка вентиляционные окна закрыты бронзовыми решётками, вернее сами ячейки решёток были выполнены в виде текстов на арабском языке о дружбе между русским и арабским народами. Все четыре изречения были выполнены куфической вязью. Однажды наш инженер стоял перед этими прекрасными решётками и внимательно смотрел на эти тексты. Подошёл его товарищ-курд и спросил:

- Красиво написано, правда?

- Красиво. Мне больше всего понравилась вот эта фраза … - и перевёл эту фразу на русский язык.

Курд вытаращил глаза.

- Это же куфи! Ты читаешь куфи? У нас на станции никто не умеет читать это письмо.

Молва о русском, читающем не только арабские газеты и журналы, но и куфические тексты, быстро распространилась среди арабов. Спустя неделю после разговора на монтажной площадке неожиданно в дверь квартиры этого инженера постучал тот не состоявшийся преподаватель курсов арабского языка. Он пришёл с просьбой перевести пару статей из газеты «Тишрин» и «Ас-Саура» о сирийских портах Тартус и Латакия.

- Но я же не переводчик. Я не знаю арабский.

- Все знают, что ты даже саудовские журналы читаешь. А я не знаю, как переводить специальные морские, пароходные, военные термины. Ты переведи, а обычный текст я подправлю.

Через месяц он принёс ещё пару статей. Больше его в Сирии не видели, кончился срок контракта, и он уехал в Ташкент.

Опыт сирийцев в изучении русского языка ярко показывал нам всю бездонную дурость наших руководителей, отправивших тысячи специалистов в дружественную страну, не дав им ни копейки на дорогу, заблаговременно не обучив азам разговорной речи, ничего не предприняв в этом направлении по месту работы. Особенно в этом преуспели наши руководители в Ас-Сауре. Вместо изучения арабского языка они организовали всему эксплуатационному персоналу сдачу норм ГТО.

На этом наказания инженерам за стремление знать арабский язык не кончились. Скоро пришла указивка из Москвы – организовать политзанятия. До этого их не было. Руководителем назначили «очччен грамонтного» человека, БСЭ*. Я знал его хорошо по прежней работе на ГЭС. Это тот, который с величайшей гордостью говорил:


- Я со дня окончания института ни разу не брал в руки ни книгу, ни газету. Зачем? И в книгах, и в газетах всё врут, и что там написать, чего я не знаю? Поэтому я их уже пятнадцать лет не беру в руки.

И вот этот грамотей становится руководителем политкружка, в котором сидят высококвалифицированные и политически основательно подкованные специалисты, особенно москвичи. Их будет учить человек 15 лет, не бравший в руки ни книги, ни газеты, полностью разучившийся читать и понимать написанное. Не буду ничего говорить о том, как проходил час политзанятий, не поверите. Но по окончании часа наш учитель руководяще и гордо выходил из класса, но с красными пятнами на лице, весь потный и с трясущимися руками. Слушатели переглядывались и с удовлетворением ухмылялись. Времени на эту глупость было потрачено больше года. Устроили нам полезное дело взамен изучения арабского языка. Умственное перенапряжение нашего политпросветителя не прошло для него бесследно. Сразу после возвращения в Союз его разместили в Москве в психушку.

Никто ни в Минэнерго, ни в соответствующем отделе ЦК КПСС, ни в КГБ даже не подумали снабдить командированных хотя бы самыми необходимыми, повседневными фразами на арабском языке. Например, правильно поздороваться, попрощаться, спросить о здоровье, ответить на такие же приветствия. Много ли для этого нужно? Десять минут для преподавателя арабского языка, который за эти минуты дал бы 5-6 страничек самых ходовых фраз арабского мира. Одна минута для размножения этих листочков на сканере. Сканеры уже тогда были обычным приложением к чиновничьему рабочему месту в конторах при строительстве ГЭС «Табка». Ладно, в Москве так «перегружены» чиновники, что об этом им просто некогда было подумать, но на «Табке» сидел под крышей председателя профсоюза секретарь партбюро проекта, обязанный денно и нощно заботиться о престиже Великой страны. Но это был амбициозный дурак, то есть – дурак в кубе, способный придумать для пенсионеров обязательную сдачу норм ГТО и не больше. Даже после того, как организованный кружок по изучению арабского языка прекратил своё существование, он не шевельнул мозгами. Сидел он в своём 37-ом коттедже при большой зарплате в валюте, собирал все сплетни и строго следил, чтобы никто не нарушал его покоя. Кто его прислал сюда? Для чего? Уезжать из Сирии он страшно не хотел. Он добился, чтобы после Сирии его послали на другую зарубежную стройку, во Вьетнам на строительство ГЭС Хаобинь. Мои товарищи встретились с ним там. После его отъезда из Сирии, наши специалисты получили свободу, они могли ездить по всей Сирии в своё свободное время, ездили в Ливан на экскурсии, ездили в Латакию купаться в море. В любой выходной. Мой хороший знакомый, директор ремонтной организации Гаршин, привёз из Сирии несколько плёнок, на которых были отсняты эти вольные поездки по городам и весям Сирии. А нас отпускали после строгого отбора раз в 3-4 месяца в Алеппо, да раз в год попадали в Дамаск те, кто улетал домой на самолёте.

10.

Во время работы в Сирии я столкнулся с тем, что даже простые электромонтёры-арабы моей смены особо не увлекаются чтением, но понимают содержание статей во французских газетах. А мы после школы не могли похвастаться, что хоть что-нибудь поймём в немецкой газете. За все школьные годы я ни разу не видел газеты на немецком языке. Я попросил своего коллегу Мухаммеда Хамруша принести мне посмотреть учебник французского языка для младших классов. Внимательно пролистал учебник. На урок даётся два-три новых слова, иногда ни одного. Всегда повторяются слова предыдущих уроков в полной взаимосвязи. Выглядит это приблизительно так: если дано слово


<< предыдущая страница   следующая страница >>