birmaga.ru
добавить свой файл

1 2 3






Ксения Драгунская


Луна-Парк имени Луначарского

Действующие лица
Господин в ресторане, Юра

Его жена, Маша

Официант(ка)

Абориген, далее – Заявитель, мужчина около 30

Бабушка, мать и сестра Заявителя – женщины 20-30 лет

Инспектор – пол и возраст неважны

Штырь

Марсиане города Крышкина

Столичная творческая интеллигенция

Толпы москвичей

июль 2012
деревня Горощино
Хорошо одетые мужчина и женщина сидят в ресторане. Читают меню. Сидят долго молча. Официант/официантка терпеливо скучает поодаль.

Господин моложав, румян, свеж, подтянут. Его жена молода реально.

Господин. Что ты выберешь?

Его
жена. Не знаю, скажи ты первый.
Господин снова долго смотрит в меню. Где-то тихо слышится музыканебесной красоты меццо-сопрано что-то поёт неразборчиво.
Господин. Давайте начнем с основного блюда.

Официант. Как вам будет угодно.

Господин. Омар «Термидор»… скажите, как вы его подаете? И какого он размера?

Официант. Омары у нас свежие, можете выбрать сами, если пожелаете, вот аквариум.
Господин недовольно косится на аквариум, жена, напротив, глядит туда с интересом.
Господин. Так как вы их подаете?

Официант. Сначала омар отваривается или готовится на гриле – по вашему желанию, разумеется. Разрезается пополам. Добавляется рис, и блюдо поливается растопленным сыром. Все как обычно.

Господин. Ммм… А они большие? Мне бы поменьше, не хочу объедаться.

Официант. Омарчики у нас от семисот грамм.

Лицо официанта все больше расплывается в слащавой улыбке.

Господин. А цены-то у вас за сто граммов. Недешевое удовольствие.
Официант с достоинством потупился.

Господин. Хорошо, я возьму «Термидор» на основное блюдо и… С чего бы мне начать? Разве что с устриц?

Официант. Сегодня у нас «Белон» и «Фин де Клер».

Господин. Давайте полдюжины «Фин де Клер», что ли.

Жена. Хочешь опять отравиться?

Официант. У нас устрицы наисвежайшие.

Жена. Ну, конечно, свежайшие, в Москве-то!

Официант. Ежедневные доставки авиацией.

Жена. Вот именно. Юра, мы же не в Марселе. И даже не в Париже. Отравишься! В Москве не бывает свежих устриц.

Господин. Оставь. Сделай свой заказ, а то мы так никогда не поедим.

Жена. Я начну с фуа-гра, а на основное… А на основное - перепелочку.

Официант. Что будете пить?

Господин. Бокал сотерна для моей супруги и бутылочку «Мускаде».

Официант. Какого года сотерн?

Господин. Позвольте винную карту. (тыкает пальцем)
Официант удаляется.

Жена. Ты заказал самый дешёвый сотерн.

Господин. Дорого.
Жена смеётся.

Господин холодно смотрит на неё.
Господин. Тебя бы на работу отправить, посмотрел бы я… И вообще, свалить бы сейчас в Марсель, буйабес похлебать…
Подошел официант, поставил бокал сотерна. Открыл бутылочку «Мускаде». Господин пригубил «Мускаде».
Господин. Надо было брать «Шабли».
Официант подал первые блюда. Жена поглядела на устрицы.

Жена. Не ел бы ты их. Вот поедем на Средиземное море, тогда и поешь. Отравишься опять. Вспомни, как тебе было плохо две недели назад!


Господин. Когда это, интересно знать, мы поедем на Средиземное море? Не раньше, чем через полгода. Мне же надо работать, между прочим. И что мне теперь, устриц полгода не есть совсем?

Жена. Хоть бы и так.

Господин. Ну, уж нет. На это я пойти не могу. Все что хочешь, но только не это.
Господин заулыбался с умилением, с нежностью, глядя на устрицы. Неторопливо взял одну из них, почмокав, выпил устричный сок, полил уксусом с луком саму устрицу и, смакуя, отправил ее себе в рот, не забыв при этом сделать два добрых глотка «Мускаде».
Жена. Привязался к этим устрицам, жизни себе без них не представляет, потом лечи его, только устрицы и деньги в голове. Может быть, еще ценные бумаги. В театре сто лет уже не были.
Думает жена сердито.


Чего хорошего в этих устрицах? Да их никто терпеть не может… Но – модно! Модно есть устриц. Круто! Модно есть устриц и модно иметь много детей.

Модно ходить в церковь. Модно дружить со священниками, ездить с ними на шашлыки.

Модно жить загородом.

Модно собираться дома на суаре, пить чай с чабрецом и смотреть старые диафильмы. А гостей угощать размоченной перловкой и говорить, что это целебная экологически чистая пища. Ах, как вкусно. Тоже модно.

Модно на рингтон мобильника ставить песни политкаторжан.

Вообще, модно, чтобы всё было позитивно и актуально

культово

Стильно и комфортно

С лифитинг-эффектом

Омолаживающе

Но это просто модно

А бывает ещё дико модно

Дико модные зверьки бородатые стретенпоккеры – кусаются, шипят, плюются и воняют, маленькие и лысые, одно название, что бородатые, такая гадость, но дико модные, непременно надо дома держать

Дико модно ходить в ресторан, где за пятьдесят долларов принесут один капустный лист с двумя клюквинами, сбрызнутыми соком алоэ. Вкусно и полезно, а главное – модно!


Дико модно раздать всё людям, одеться в рубище и пойти по дорогам, только чтобы рядом, чур, бежали корреспонденты центральных каналов и всяких там ток-шоу и трансляция в интернете чтобы, чур, тоже и все чтобы жали лайки…

Дико модно иметь друга-инвалида и возить его в колясочке по всяким там презентациям, где много знаменитых…

Дико модно выходить замуж за монахов.

Так много на свете всего модного…

Просто жизни не хватит!


Господин прикончил устрицы.
Господин. Десерт здесь же поедим?

Жена. В том же месте? Нет! Это же какая скука будет.

Господин. Давай в Вену слетаем быстро, на штрудель.

Жена. Да ну, из-за штруделя в самолёте трястись…


Небесной красоты меццо-сопрано продолжает петь. Теперь можно разобрать, что поётся реклама банка – проценты и кредиты.
Господин. Надо бы нам на майские куда-нибудь съездить отдохнуть.

Жена. Можно, а куда?

Господин. Петровы едут на Гаити. Поедем с ними?

Жена. На Гаити далеко лететь.

Господин. Ты просто не любишь Петровых.

Жена. Ты что сердишься? Рынок ценных бумаг просел, что ли? Портфель обесценился? Ввиду изменившейся ситуации на мировых финансовых рынках?

Господин. Куда бы поехать на майские?

Жена. Может, в Крышкин?

Господин. Что?

Жена. Город такой. От Москвы триста вёрст.

Господин. Дорогая моя. Это гораздо дальше, чем Гаити.

Жена. Там пирожки знаменитые…

Господин. Маша, по-хорошему прошу, брось свои закидоны… Я ведь знаю, что у тебя уже две жёлтых карточки…

Он неторопливо прикончил основное блюдо.


Город Крышкин. Райцентр!

Поскольку жители Крышкина, как и всех малых городов и деревень, живут с огородов, питаются лесом и рекой, делают заготовки на зиму, то для них очень важны банки и крышки.

Там любят давать объявления в газетах или просто наклеивать где попало, и листочки лохматятся на речном ветру или просто летят по городу.


Лев познакомится с Овном, конфеденциальность гарантирована.

Молодой человек приедет к девушке, даме, семейной паре. Исполнит самые заветные желания. Стрип-шоу.
Котика отдам в хорошие руки, полосатый, шустрый.
Составлю компанию за столом. Поддержу душой и телом.
Спокойная женщина познакомится со спокойным мужчиной. Интим не предлагать.
Кладу печи, камины, улица Колокольная дом пять, спросить Егорыча
Флакончики из-под сердечных капель сто штук по рублю за штуку, строго самовывоз
В пивной у автовокзала найдено удостоверение многодетной матери.
Качественный отдых с проверенными феями
Магазин для женщин «Три «Б» приглашает на распродажу по сенсационно низким ценам! Брюки, бриджи, блузоны – европейский секонд-хэнд. Последние тренды!
Молокозаводу требуются промоутеры молока.
Куплю телегу или сани, можно с лошадью!
Милые красотки скрасят ваш досуг.
Многодетная семья примет в дар кроватку, коляску, велосипед.
Богини любви на третьем микрорайоне круглосуточно!
Артур Суйкин – человек-праздник, свадьбы, корпоративы, детские праздники
Рисунок-пескоструй (на стекле посуде зеркале металле) низкие цены
Наш город Крышкин мал, да дорог нам!

Он на реке стоит на живописной!

Он на три года старше белокаменной Москвы!

Он пирожками знаменит!

Котятами!

И храмами своими!

А в храмах – планетарий, кинотеатр и цех молочный!

Мы Крышкинцы, и этим мы горды!

(Плакаты на центральной площади)


По набережной города Крышкина идёт Маша, жена Юры, который устриц ел.

Никого нигде нет, только две женщины ходят под ручку туда-сюда, зорко глядя по сторонам.

Маша. Здравствуйте, тут есть фотомастерская? Что вы так строго смотрите, как часовые?

Женщины. У нас женская добровольная дружина. От педофилов патрулируем.

Маша. Ужас… В городе орудует педофил?

Женщины. Пока не видали. А в газетах, по телевизору только и разговору, что про педофилов. Зря ведь не станут народ будоражить. Вот мы и решили загодя обороняться. Вдруг откуда выскочит супостат.

Маша. А что вы будете делать, если поймаете?

Женщины. Забьём ногами, яйца открутим.

Маша. Так держать, девчата! Но что-то не видать кругом не только педофила, а никого вообще. Где все?

Женщины. Взрослые на «Марсе», детвора на кладбище.
Пауза.
Женщины. На заводе «Марс» все работают, а на кладбище Интернет хороший, на пригорке, сигнал хорошо идёт, вот там Интернет клуб и открыли.

Маша. Я знала, что Крышкин – это что-то необыкновенное.
Она приходит в фотомастерскую. Там сумрачно. В закутке

сидит Абориген, который впоследствии станет Заявителем.
Абориген. Желаете сфотографироваться?
Маша садится на стул для фотографирующихся и молча смотрит по сторонам.
Маша. Старые пластинки… У моих родителей тоже. Вроде не за чем, а выбросить жалко… Пинк Флойд…
Абориген. Паспорт, загранпаспорт, фото на керамике?

Маша. Вы меня не узнаёте?
Абориген приглядывается, но не отвечает.
Маша. Я – Анжела!
Абориген ничего не понимает.
Маша. Ну, Анжела! Подруга Снежаны. Меня муж Кристины отравил. По ошибке. Он потом ещё очень расстраивался. Не помните? Ну, сериал «Единственная любовь»-два! Первая и вторая серии! В марте, по России-один? У нас был очень хороший рейтинг.
Абориген. Я не смотрю телевизор.

Маша. В Москве живёт очень много артистов, которых никто не знает и не узнает никогда.

Маша ждёт вопроса «Так вы артистка?!». Но Абориген спрашивает.
Абориген. Так вы из Москвы?! Ну как она? Говорят, это теперь вообще, такой город…
Маша. Давно не были в Москве?
Абориген. У нас в седьмом классе олимпиада была по физике, а в награду – поездка в Москву. Так я олимпиаду выиграл, а в Москву не поехал – ветрянкой заболел. Потом фотоконкурс пять лет назад – тоже победил. Там приз был – на мастер-класс в Москву поехать. А тут, как назло, огурцов столько… Закатывать пришлось, не пропадать же, огурцы, всё-таки… И малина эта в лесу…
Маша. Обидно как! Вы такой разносторонне одарённый человек… Но Крышкин – тоже хороший город.
Абориген. Триста вёрст от Москвы, два километра от федеральной трассы и вы – в девятнадцатом веке. Хороший город. Тихий. Тут можно хорошо спиться.
Маша. Спиться и в Нью-Йорке можно.
Абориген. Тут душевно очень можно спиться. Не спеша. В этом городе уж точно никому не нужны актёры, фотографы-недоучки и собиратели старых пластинок.
Маша. Да они нигде никому не нужны, вы что! Я нашла старые кассеты с плёнкой. От фотоаппарата. Почему-то очень интересно, что там. Сможете проявить и напечатать?
Абориген. Вы из-за этого в Крышкин приехали? Да вам в Москве в любом… (понимает, что говорит не то).


Маша. Напечатаете? Будет готово, позвоните мне по этому телефону. Спасибо. До свидания.
Абориген. Хотите, покажу вам город? Тогда пойдёмте в Луна-парк имени Луначарского.
Маша и Абориген идут в городской парк культуры, проникают через покосившиеся ворота с лепниной и ржавыми прутьями в настоящие джунгли, дебри, заросли. Это старый, заброшенный липовый парк, периодически терзаемый ненастьем, отдыхающими и субботниками. Из зарослей сорняков торчат, словно скелеты динозавров, ржавые искривлённые карусели.

Но колесо обозрения ещё работает.


Маша и абориген забираются в кабинку.

Колесо такое ржавое, скрипучее и медленное, что пока поднимешься и спустишься, может наступить вечер или даже зима, могут родиться и вырасти дети.
Абориген. Прогулка по Крышкину – всегда событие. Душа замирает, когда смотришь с моста через реку – в быстрой чистой речной воде отражаются купола церквей, домики взбегают на крутые берега мимо раскидистых ив на набережной. Ноги сами несут туда, на высокие холмы, в звенящую тишину старых улиц. Крышкин – крепость на границе Тверского княжества. А где граница – там и война. В пятнадцатом веке Крышкин был таким крупным торговым центром, что печатал свою монету – «крышкинскую деньгу». Ну, остальное у нас, как везде. Юная княжна, чтобы избежать брака с иноверцем, бросилась с колокольни, и на этом месте по сей день бьёт источник, к нему приходят девушки, помолиться о хороших женихах. При нашествии врагов крышкинцы заперлись в соборе и совершили массовое самосожжение. Так что у нас город с традициями. Крышкинцы – исключительно гордый и свободолюбивый народ. А в июле 1899 года в ресторане на станции отобедали проездом Чехов с супругой. Именно после посещения нашего станционного ресторана у Чехова родилось высказывание, что жена, которая изменяет, похожа на большую холодную котлету.
Ржавая, исцарапанная матом кабина с Машей и Аборигеном – на самом верху. Отсюда далеко видно. Огромный простор. Как же много места вокруг, пустого места, ненужной, лишней земли, зарастающих берёзками полей, обезлюдевших деревень, где только Иван-чай на пожарище напомнит, даст знак – был дом, люди жили жизнь…

В пустых деревнях ещё шумят сады, - яблони не понимают, что никому не нужны, и цветут в мае, и в августе родят по привычке.

Маша и Абориген стоят на набережной и смотрят на реку.

Абориген. Раньше наша река была судоходной. Важной транспортной артерией. Но после строительства Николаевской железной дороги всё изменилось. Теперь она просто речка. Мой самый лучший друг.


следующая страница >>