birmaga.ru
добавить свой файл

1
Воспоминания командира 45 ртбр
О важности и значимости РТВ ГСВГ (пяти армейских батальонов, 40 и 45 ртбр) просто сказать, это значит не сказать ничего.

Начальник РТВ с офицерами своего отдела, командиры бригад, батальонов прикладывали максимальные усилия для выполнения поставленных задач, задач по ведению разведки и оповещению войск как ГСВГ, так и войск стран Варшавского договора.

В радиотехнических войсках проходил службу высокоорганизованный личный состав, который, ежедневно неся боевые дежурства, встречался с вероятным противником.

К великому сожалению, командование Группы, начальники служб не всегда уделяли должное внимание этим войскам. Они не видели их важности. Важными или элитными войсками считались танковые, мотострелковые, артиллерия, авиация и так далее, то есть активные, а пассивные были не в счету.

О радиотехнических войсках вспоминали, когда были учения или нарушения воздушного пространства, а о повседневной жизни, обустройстве, самостоятельной подготовке специалистов, материальном обеспечении, медицинском обслуживании, женах и детях, которые жили на позициях и облучались, никому до этого не было дела.

Главным было для командования не жизнь офицера, прапорщика, его семьи, а выполнение им задачи и поддержания дисциплины в подразделениях.

С 1987 года отношения к РТВ ГСВГ в корне изменились. Причиной была посадка самолета «Цесна» на Красной площади. Во всех средствах массовой информации были предъявлены обвинения РТВ. Теперь мы все знаем, что это не так, а виноваты те руководители, которые не могли принять решение, что делать с этим самолетом.

В 1988 г. в 45 ртбр прибыл начальник Генерального штаба Маршал Советского Союза Ахромеев, Главнокомандующий ГСВГ генерал армии Снитко, Командующий войсками ПВО ГСВГ генерал-лейтенант Антропов, Командующий войсками авиации Шапошников, Начальник связи ВС СССР Кобец и другие.

В штабе бригады и на позиции 1571 радиотехнического батальона был заслушан командир бригады. Начальника Генерального штаба интересовал вопрос сможем ли мы, т.е. специалисты 45 ртбр освоить автоматическую систему управления воздушным пространством (АСУ). Что для этого необходимо? Ответ был положительным. Мы ответили, что при условии оказания помощи средствами связи, доукомплектования командирами взводов АСУ, через два месяца система будет работать. Помощь была оказана специалистами завода изготовителя АСУ, командирами взводов и т.д. Ровно через два месяца бригаду инспектировал лично начальник Генерального штаба. Бригада получила хорошую оценку, личный состав эту оценку заслужил.

Обстановка в мире изменилась. Рухнула Берлинская стена. Командование 45 ртбр получило задачу к концу июня 1991 года вывести бригаду в Комсомольск-на-Амуре, поселок Таёжный. В начале 1991 г. в поселок Таёжный была направлена оперативная группа во главе с заместителем командира бригады подполковником С.Филимоновым. В состав группы входили 4 офицера, 2 прапорщика, 30 солдат, 6 единиц техники. Задача – подготовить место для встречи техники и личного состава бригады, организовать службу войск. Прибывающие эшелоны техники разгружать личным составом, который переправлялся по воздуху из Мерзебурга до Комсомольска-на-Амуре, на военно-транспортной авиации. Первый сигнал от заместителя был тревожный. Никто нас там не ждет, казармы без окон, дверей, света нет, туалеты не работают, жилья для офицеров и прапорщиков нет. На докладе Командующему ПВО генерал-майору Черткову о положении дел, ответ был один: «Приедете – обустроитесь».

На место новой дислокации должен был вылететь командир 45 ртбр, но главнокомандующий Группы генерал армии Бурлаков не разрешил. Сказал, что выедете из ГСВГ с последним солдатом бригады. Командование ДВО помощи в обустройстве бригады и расселении семей не оказывало.

Для вывода бригады был составлен план вывода. Основными вопросами плана были:


  1. Очередность вывода батальонов.

  2. Места погрузки техники по эшелонам.

  3. Планы погрузки, даты и время погрузки

  4. Свертывание техники.

  5. Доставка и отправка контейнеров семьям военнослужащих.

  6. Подготовка крепежного материала.

  7. Проведение занятий по погрузке.

  8. Косметический ремонт зданий и сооружений, где размещалась техника, и проживали семьи и солдаты.

  9. Сдача позиций местным властям.

В первые дни командование бригады встретилось с трудностями по свёртыванию стационарных станций, многие упаковочные принадлежности (катушки, ящики, ящики под фермы систем и т.д.) были списаны или утеряны. Возникли также трудности с погрузкой эшелонов и креплением техники. В связи с этим, в управлении бригады, в Мерзебурге, были проведены занятия с погрузочными командами, где практически на железнодорожный состав загружались образцы техники, которая имелась на вооружении бригады. Присланные в бригаду для оказания помощи офицеры ПВО, были только наблюдателями и сами не знали, как поступать, как крепить, какая помощь нужна, и т.п. Командование бригады по согласованию с Командующим ПВО, провело занятия с этими офицерами, и сразу был заметен результат.

Все планы погрузки эшелонов согласовывались с представителями Германии, такое было распоряжение, и при погрузке тоже присутствовал их представитель. О секретах количества погруженной техники разговор не шел. При выходе техники к местам погрузки указывались пункты регулирования и количество техники, которая должна пройти всё это оформление. Регистрировали немецкие представители, то есть части выходили под полным контролем и удовлетворенной улыбкой немцев.

Эшелоны с техникой направлялись на остров Рюген, а оттуда паромной переправой до Калининграда. Из Калининграда – погрузка на эшелон до Комсомольска-на-Амуре.

На местах технику грузили и крепили с любовью к ней. В крытые вагоны тщательно укладывали оборудование пунктов управления и КП, мебель, радиоаппаратуру, столовое оборудование и т.д. На Рюгене погрузочно-разгрузочная бригада отсутствовала и не разрешалось находиться нашим представителям. Погрузка и перегрузка осуществлялась другими командами во главе с немецкими представителями. Они открывали вагоны и вилами погрузчиков накалывали всё имущество и складывали в другой вагон. Таким образом имущество было уничтожено. Первый эшелон техники прибыл разграбленный. Окна на автобусах и технике побиты. Так Родина встречала войска. Мы не были нужны ни в Германии, ни в Союзе. Главная задача – своевременно вывести и доложить руководству, что с задачей справились, а какой ценой, каким материальным ущербом, этого никто не считал.

Период вывода бригады совпал с призывом молодого пополнения. Бригада на доукомплектование получила 100 водителей. Было принято решение провести 500-км марш в Комсомольск-на-Амуре.

План вывода бригады не срывался, своевременно отправились эшелоны, контейнеры с личными вещами, самолеты с личным составом. Видя всё это, командующий ПВО генерал Чертков дает команду на выделение личного состава в помощь оказания вывода Мерзебургской зенитно-ракетной бригады. Для этого из состава бригады 1722 ортб, который в полном составе уже сосредоточен для погрузки в районе Дитфурт, передают 40 ртбр. Батальон же 40 бригады расположенный на острове Рюген передают в состав 45 ртбр, боясь того, что командование 40 бригады не справится с выводом.

Самым унизительным при выводе войск была подготовка городков к сдаче. В казармах делали косметический ремонт, позиции вычищали, землю от свинарников вывозили на могильники. После всего этого комиссия принимала, а через 3-4 дня, может неделю, бульдозером всё валялось и заравнивалось. На мой взгляд, войска не выводились, а убегали, не зная в чью угоду.

С постановлением о выводе войск нашим государством, немецкое государство дало распоряжение провести прощальные встречи шефских организаций с немецкими гостями. В мае месяце мы провели день открытых дверей гарнизона «Мерзебург», где был концерт и жителей Мерзебурга кормили гречневой кашей, показывали технику. Для того чтобы описать все подробности, надо много времени.

В июне последним самолетом, который был выделен для транспортировки личного состава, командование бригады и батальон управления прибыли в Комсомольск-на-Амуре. Условия жизни, состояние дел в бригаде, описывать не буду. Началось самостоятельное обустройство бригады. Через неделю после прибытия, в составе всех заместителей командира бригады и начальников служб поехали на представление в Хабаровск к Командующему ДВО генерал-полковнику Новожилову. Он не соизволил принять. После доклада Главкому ГСВГ и в Генеральный штаб, в Москву о выводе бригады был задан вопрос: «Как поступать и что делать с личным составом и техникой, если командование округа не хочет разговаривать?» Эта информация дошла до Генерального штаба, и генерал Новожилов сам приехал в поселок Таёжный.

ГК ЧП своё дело сделало: бригаду и ее специалистов разобрали в первый месяц прибытия. Из бригады забрали 800 человек для доукомплектования других частей. Автоматическую систему управления забросили, она никого не интересовала. Метод руководства войсками остался тот же, уставной, но не учитывалось то, что армия изменилась, все офицеры имели высшее образование, прапорщики, как правило, средне-техническое и среднее, а солдаты – высшее, средне-техническое и среднее.

Я признателен всем офицерам, с кем мне пришлось нести боевое дежурство, в первую очередь Начальнику РТВ ГСВГ полковнику Слепцову Валентину Ивановичу, командирам батальонов подполковникам Конобееву А., Алексееву В., Пономареву Ю., Забелину В., командирам отдельных рлр майору Колесник и капитану Иванову.



Спасибо Щербакову Сергею Георгиевичу, Начальнику РТВ ГСВГ; Вадиму Гаврилову, что затронул такой наболевший вопрос как служба в РТВ.
Командир 45 ртбр В.А. Андрусенко