birmaga.ru
добавить свой файл

  1 2

НЭП в финансово-денежной сфере

Немаловажное значение для проведения НЭП имело создание устойчивой денежной системы и стабилизации рубля. У истоков этой сложной и огромной работы стоял нарком финансов ГЯ. Сокольников, который еще в 1918 году возражал против безудержной денежной эмиссии. Но в тот момент Сокольников не был понят, эмиссия продолжалась, и только чудом не был воплощен в жизнь план полного аннулирования денег и закрытия наркомата финансов за ненадобностью. Позже В.И. Ленин признавал, что этот важнейший наркомат в годы гражданской войны был практически разрушен, ликвидирован на 90%.

Под руководством Г. Сокольникова заново создавались финансовые органы в центре и на местах, подбирались квалифицированные работники. Так, для подготовки денежной реформы был приглашен опытный финансист Н.Н. Кутлер, который участвовал в проведении знаменитой реформы С.Ю. Витте в 1895 - 1897 годах. В течение всего 1922 года шла острая дискуссия о том, как проводить денежную реформу, что взять за мерило ценности при переходе на новые деньги. Предлагался так называемый «товарный рубль», который был бы связан лишь со средним курсом товаров, или с товарным индексом. Сокольников же настаивал на золотом стандарте, и к концу 1922 года было решено проводить реформу на основе золотого стандарта.

Для стабилизации рубля была проведена деноминация денежных знаков, то есть изменение их нарицательной стоимости по определенному соотношению старых и новых знаков. Сначала в 1922 году были выпущены так называемые совзнаки. Новый рубль приравнивался к 10 тыс. прежних рублей. В 1923 году были выпущены другие совзнаки, один рубль которых равнялся 1 млн. прежних денег и 100 рублям образца 1922 года. Одновременно с выпуском новых совзнаков, в конце ноября 1922 года была выпущена в обращение новая советская валюта - «червонец», приравненный к 7,74 г чистого золота, или к дореволюционной золотой десятирублевой монете. Новые «золотые банкноты» на 25% обеспечивались золотом, другими драгоценными металлами и иностранной валютой, на 75% - легкореализуемыми товарами, векселями и прочими обязательствами. Выпуск червонцев означал перелом в развитии финансовой системы России. Было строго запрещено использовать червонцы для покрытия бюджетного дефицита. Они предназначались прежде всего для кредитования промышленности и коммерческих операций в оптовой торговле. И хотя на 1 января 1923 года доля червонцев в денежной массе была ничтожна - всего 3%, во втором полугодии они почти вытеснили совзнаки из крупного хозяйственного оборота. Уже осенью крестьяне соглашались продавать зерно только за червонцы, порой даже снижая цены, лишь бы получить «золотые банкноты». Устойчивость червонца подтверждалась тем, что Госбанк обменивал все предъявляемые банкноты на иностранную валюту по твердому курсу.


Осенью 1922 года были созданы фондовые биржи, где разрешалась купля-продажа валюты, золота, облигаций государственных займов по свободному курсу. Если курс червонца поднимался выше официального паритета, Госбанк скупал золото и иностранную валюту на бирже, выпуская дополнительное количество червонцев, и наоборот. В результате этого в течение 1923 года курс червонца повышался по отношению к иностранным валютам. Так, если на 2 января 1924 года курс доллара на московской бирже составлял 2 руб. 20 коп., то к 1 апреля 1924 года он достиг 1 руб. 95,5 коп. и на этом уровне остановился. То же самое происходило с фунтом стерлингов, франком, маркой и другими валютами. Уже в 1925 году червонец стал конвертируемой валютой, он официально котировался на различных валютных биржах мира. Заключительным этапом реформы была процедура выкупа совзнаков. В марте 1924 года был определен фиксированный курс из расчета 50 тыс. руб. сов знаками 1923 года за 1 рубль золотом казначейскими билетами.

Одновременно с денежной была проведена налоговая реформа. Уже в конце 1923 года основным источником доходов государственного бюджета стали отчисления от прибыли предприятий, а не налоги с населения. Логическим следствием возврата к рыночной экономике был переход от натурального к денежному налогообложению крестьянских хозяйств. В период между августом 1921 и февралем 1922 годов были установлены налоги на табак, спиртные напитки, пиво, спички, мед, минеральные воды и другие товары. К последнему кварталу 1922 года Сокольников заявил, что треть всех поступлений бюджета получена за счет денежного налогообложения, меньше трети - за счет выпуска банкнот, а остальная часть - за счет натурального налога.

Постепенно возрождалась кредитная система. В 1921 году возобновил свою работу Госбанк, упраздненный в 1918 году. Началось кредитование предприятий промышленности и торговли на коммерческой основе. До тех пор, пока не произошла стабилизация рубля, Госбанк выдавал ссуды под весьма высокие проценты: от 8 до 12% в месяц, но постепенно процентная ставка снижалась. В стране возникли специализированные банки: Торгово-промышленный банк (Промбанк) для финансирования промышленности, Электробанк для кредитования электрификации, Российский коммерческий банк (с 1924 года - Внешторгбанк) для финансирования внешней торговли, Центральный банк коммунального хозяйства и жилищного строительства (Цекомбанк) и др. Эти банки осуществляли краткосрочное и долгосрочное кредитование, распределяли ссуды, назначали ссудный, учетный процент и процент по вкладам.


Летом 1922 года был предпринят еще один шаг к стабилизации финансовой системы: была открыта подписка на первый государственный хлебный заем на общую сумму в 10 млн. пуд. ржи в зерне. Государство выпустило беспроцентные облигации достоинством в 100 пудов, которые подлежало оплатить в период с 1 декабря 1922 года по 31 января 1923 года натурой или наличными деньгами по полной рыночной цене ржи в день оплаты. Вслед за этим был выпущен 6%-ный заем на 100 млн. золотых рублей. Все это проводилось с целью подготовки условий для денежной реформы, поскольку облигации служили в качестве внутреннего кредита, а также средством выкупа обесцененных бумажных денег. Была создана целая сеть акционерных банков, среди акционеров которых были Госбанк, синдикаты, кооперативы, частные лица и даже иностранные предприниматели. Эти банки кредитовали, в основном, отдельные отрасли промышленности. Для кредитования предприятий потребительской кооперации открывались кооперативные банки, для сельскохозяйственного кредита - сельскохозяйственные банки, для кредитования частной промышленности и торговли - общества взаимного кредита, для мобилизации денежных накоплений населения учреждались сберегательные кассы. В 1923 году в стране существовало 17 самостоятельных банков, а в 1926 году их число возросло до 61. Доля Госбанка в общих кредитных вложениях банковской системы снизилась за это время с 66 до 48%.

Сокольников настойчиво выступал за организацию совместных торговых обществ с участием иностранного капитала, за расширение прав трестов и предоставление им возможности выхода на мировой рынок под контролем Наркомвнешторга. Дело в том, что к осени 1922 года стало ясно, что внешнеторговый оборот страны заметно отстал от общих темпов хозяйственного подъема. В первом полугодии 1922 года стоимость экспорта составляла не более 3% от уровня 1913 года, при этом стоимость импорта в десять раз превосходила стоимость экспорта. Это объяснялось тем, что на восстановление промышленности нужно было все больше закупать за рубежом сырья и оборудования. Расширять же импорт можно было только за счет роста экспорта, скажем, излишков сельскохозяйственной продукции. Но закупочный аппарат Наркомвнешторга был неповоротливым и неопытным, да и денег на закупки продуктов у крестьян государство выделяло очень немного. Сокольников пытался добиться разрешения на временную либерализацию ввоза и вывоза для крестьян и предприятий (трестов) по отдельным категориям товаров. В.И. Ленин выступил резко против ослабления монополии внешней торговли, опасаясь якобы роста контрабанды. На самом же деле правительство опасалось того, что производители, получив право свободного выхода на мировой рынок, почувствуют свою независимость от государства и вновь начнут бороться против этой власти. Исходя из этого, руководство страны всеми силами старалось не допустить демонополизации внешней торговли.


Но, несмотря на твердую позицию наркомфина, «красные директора» по-прежнему требовали продолжать практику льготного финансирования промышленности за счет крестьянства, чтобы подхлестнуть развитие «социалистического звена» в государственной промышленности по сравнению с мелкобуржуазным звеном крестьянского хозяйства. Для этого они настаивали на неограниченном расширении банковской эмиссии. Уже в «Контрольных цифрах народного хозяйства на 1925/1926 хозяйственный год», разработанных Госпланом, открыто утверждалась идея о «подчинении денежного обращения возрастающей эмиссии». Таким образом, упорная четырехлетняя борьба с инфляцией была проиграна. Под нажимом Госплана и ВСНХ с июля по декабрь 1925 года денежная масса увеличилась по сравнению с 1924 года на 400 млн. руб., или в полтора раза, что привело к нарушению равновесия между размерами товарооборота и находившейся в обращении денежной массой. Возникла реальная угроза инфляции, признаком чего стал уже в сентябре 1925 года рост товарных цен и все более ощущавшийся дефицит промышленных товаров первой необходимости. Крестьянство очень быстро отреагировало соответствующим образом на эту ситуацию, что привело к срыву плана хлебозаготовок. Это, в свою очередь, повлекло за собой невыполнение экспортно-импортной программы и сокращение доходов от продажи хлеба за границей.

Для поддержания устойчивого курса червонца на внутреннем рынке Госбанк был вынужден постоянно вводить в обращение золото и инвалюту, чтобы изымать денежные излишки. Но эти меры приводили не к сокращению эмиссии, а к истощению валютных резервов. Так, собственно, был ликвидирован единый паритетный курс червонца, поддерживаемый Госбанком как на внешнем, так и на внутреннем рынке, в результате чего произошло раздвоение валютных курсов. Продажа инвалюты была разрешена только для тех, кто выезжал из страны, вследствие чего возросло количество операций по вывозу червонцев за границу, чтобы обменять их по официальному курсу. Для предотвращения этого процесса с июля 1926 года было запрещено вывозить червонцы, а вскоре прекратилась и их скупка на внешнем рынке. Это означало полный отказ от котировки советских рублей за рубежом. Червонец, являвшийся одной из мировых валют, превратился в сугубо внутреннюю валюту СССР. Впрочем, к этому времени Г. Сокольников уже не участвовал в финансовых мероприятиях, так как еще в январе 1926 года его освободили от обязанностей наркома финансов. Это было связано с ожесточенной борьбой в коридорах власти за выбор дальнейшего пути развития экономики страны. В 1930-х годах Г. Сокольников был репрессирован и погиб в 1939 году.


Свертывание новой экономической политики.

Следует отметить, что, несмотря на бурное развитие рыночных отношений, в годы нэпа сохранялось жесткое государственное регулирование экономических процессов. С одной стороны, допускалось функционирование различных рыночных элементов (хозрасчета, свободной торговли, кредитно-денежных отношений), с другой, в руках государства сохранялись «командные высоты» в крупной и средней промышленности, на транспорте, в банках, внешней торговле. Считалось, что социалистический (обобществленный) сектор еще долгое время будет сосуществовать с несоциалистическими укладами (частнокапиталистическим в промышленности и торговле, мелкотоварным и патриархальным в сельском хозяйстве). При этом предполагалось, что социалистический сектор должен постепенно вытеснять остальные уклады из хозяйственной жизни страны. В.И. Ленин называл НЭП обходным, опосредованным путем к социализму, единственно возможным после провала прямого и быстрого слома всех рыночных структур в условиях «военного коммунизма». Но при этом Ленин надеялся и на прямой путь к социализму при условии, что пролетарская революция победит в развитых западных странах. Он не упускал случая подчеркнуть, что нэп - «не навсегда», что необходимо иметь наготове соответствующие юридические обоснования для расторжения различных соглашений с отечественными и иностранными предпринимателями, для постоянного государственного контроля над частным сектором. «Величайшая ошибка думать,- писал Ленин в марте 1922 года,- что нэп положил конец террору. Мы еще вернемся к террору и к террору экономическому».

Главным приоритетом в экономической жизни страны являлось в тот период восстановление и интенсивное развитие крупной промышленности, которая рассматривалась как основная опора Советской власти в крестьянской стране и как источник укрепления ее обороноспособности. Но для развития промышленности нужны были огромные средства, которые можно было извлечь только из сельского хозяйства через налоги и сознательное установление особой ценовой политики. Тем самым центральная власть пыталась регулировать основные пропорции экономического роста. Но на практике это привело к глубоким диспропорциям, так называемым «ножницам цен». Если с 1913 по 1922 год цены на промышленные товары, по сравнению с ценами на продукцию сельского хозяйства, выросли в 1,2 раза, то к концу 1923 года «раствор» ножниц цен достиг уже 300%, или, другими словами, чтобы купить плуг в 1913 году хватало 10 пуд. ржи, а в 1923 году требовалось уже 36 пуд. ржи. Такая политика цен позволяла проводить неэквивалентный товарообмен между городом и деревней, изымать из сельского хозяйства немалые средства.


Постепенно начался процесс свертывания НЭП. Крестьянство не стремилось расширять свое производство; промышленные товары становились все дороже, явственно ощущался их дефицит. В 1925/1926 финансовом году более 400 млн.т. хлеба не было вывезено на рынок и оставлено в крестьянских амбарах. В 1926/1927 году предназначенного на продажу хлеба оказалось ещё меньше, а его натуральные запасы в крестьянских хозяйствах приближались к 1 млрд.пуд.

Во второй половине 1926 года перед правительством встал вопрос, в каком направлении будет развиваться экономика страны в дальнейшем. Разгорелись споры о способах проведения хлебозаготовок. Ещё на созванном в конце 1925 года XIV съезде РКП(б) был утвержден новый «Курс на индустриализацию». На съезде выступила «новая оппозиция» во главе с Г.Зиновьевым и Л.Каменевым, которая предлагала вернуться к принудительным методам изъятия сельхозпродукции, заменив известный лозунг «Лицом к деревне» на новый лозунг «Кулаком по деревне». Они предлагали резко повысить налоги на зажиточные слои крестьянства. Через год их поддержал Л.Д.Троцкий, считавший, что единственным источником пополнения государственного бюджета служит крестьянство, и его следует обложить ещё большим налогом, даже несмотря на то, что это приведет к разрыву «союза рабочего класса с крестьянством».

Со всей очевидностью вопрос о хлебозаготовках превращался из чисто хозяйственного в политический. От его решения зависела судьба НЭП и будущее «хозрасчетного социализма». Если бы правительство поддержало развитие рыночных отношений, то следовало бы повысить закупочные цены на продукцию сельхозпроизводства до равновесных и только после этого повысить налоги на крестьянство. На практике экономические стимулы использованы не были.

С 1928 года наблюдается быстрый рост цен в розничной торговле на все промышленные и производственные товары. Разрыв в ценах государственных и частных заготовок хлеба достигает 100%. Заготовительный кризис, обусловленный этими обстоятельствами, заставляет государство возрождать чрезвычайные меры времен «военного коммунизма»: уже в конце 1927 года началась конфискация «хлебных излишков», установление постов на дорогах, обыск крестьянских амбаров. На поиски спрятанного хлеба направлены тысячи членов партии, привлекаются воинские подразделения, деревенские бедняки, которым при этом полагалось до 25% конфискованного хлеба за низкую плату или совсем бесплатно. В итоге НЭП, начатый со стимулирования сельского хозяйства, был и свернут, начиная с него.


Свертывание НЭП идет по всем направлениям экономики. Уже с 1927 года для промышленных предприятий стал устанавливаться государственный производственный план. В 1929 году тресту потеряли свою хозяйственную самостоятельность и превратились в посредническое звено системы управления производством, а в годы первой пятилетки и вовсе прекратили свое существование. Синдикаты, наоборот, были облечены дополнительными полномочиями в сфере планового регулирования деятельности предприятий. В конце 1929 года они преобразованы в промышленные объединения (главки), которые составляли жесткую централизованную управленческую структуру. Прямые договорные поставки между предприятиями, в 1929 году составлявшие около 85% объема общей промышленно продукции, свелись к 5% в 1930 году.

В начале 1930-х годов происходит практически полное вытеснение частного капитала из разных секторов экономики. Доля частных предприятий в промышленности в 1928 году – 18%, в сельском хозяйстве – 97%, в розничной торговле – 24%, а уже к 1933 году – 0,5% , 20% и ноль соответственно.

На протяжении 1930-1932 года фактически покончено с рыночными мерами в кредитной системе страны. Кредит как таковой заменен централизованным финансированием. Запрещен коммерческий кредит между предприятиями, отменено вексельное обращение. Ранее самостоятельные банки подчинены наркомату финансов и, по сути, больше не являются кредитными учреждениями.

Происходит полный крах денежной системы. Уже с 1925 года происходит заметная инфляция. Денежная масса в обращении только с февраля по октябрь 1925 года увеличилась на 52%, что привело к резкому росту цен на свободном рынке, который государство не могло регулировать. В 1926 году приостановлен свободный размен червонцев на золото, наложен запрет на вывоз советской валюты за рубеж, а в 1928 году и на ввоз иностранной валюты в СССР. Ликвидирован частный валютный рынок. Госбанк начал широкомасштабную денежную эмиссию. Растет денежная масса, составлявшая в 1926/1927 году 1,3-1,4 млрд. рублей, в 1933 – 8,4 млрд. рублей.


Цены свободного рынка отреагировали на эмиссию: в 1932 году, по сравнению с 1927/1928 годом они выросли почти в восемь раз, в том числе в пять раз на промышленные товары и в тринадцать – на продукцию сельского хозяйства. Государство пытается удержать цены в оптовой и розничной торговле на прежнем уровне, но это приводит к острому товарному дефициту, вследствие чего в 1928 году вводится карточная система распределения. Первоначально карточки были введены в некоторых, а потом во всех городах страны; сначала на хлеб, потом – на основные продовольственные товары, а далее и на промышленные товары широкого потребления.

Таким образом, начиная с 1929 года, заменив собой политику НЭП, в экономике страны утверждается административная система управления.
Экономические результаты введения НЭП.

Если брать только цифры роста производства, то они несомненно говорят об определенном успехе: так, например, общее промышленное производство, по сравнению с 1913 г., выросло к 1927 г. на 18%; в 1927 и 1928 годах прирост промышленного производства составил соответственно 13 и 19%. В целом было восстановлено поголовье скота (за исключением лошадей, численность которых уменьшилась на 15%), производство сельскохозяйственной продукции выросло за эти пять лет в два раза и на 18% превысило уровень 1913 года что отчасти объясняется ещё и увеличением площади под промышленными сельхозкультурами. Среднегодовой темп прироста национального дохода в целом за 1921- 1928 годы составил 18%. К 1928 году национальный доход на душу населения вырос на 10% по сравнению с 1913 годом. В 1922 году в основном произошла отмена карточной системы.

Однако, что несомненно более важно, производство зерна сократилось на 10%. Несмотря на то, что к 1927 году промышленность и сельское хозяйство приблизились к уровню 1913 года, оставался целый ряд проблем, который ставил под угрозу будущее новой экономической политики. Основные трудности в аграрном секторе характеризуются хотя бы тем, что в 1926 году количество зерна для продажи на внутреннем рынке было в два раза меньше, чем в 1913 году. Полностью прекратился экспорт зерна, составлявший в 1904-1914 годах около 11 млн.т. в год, каждый год вставал вопрос о снабжении зерном крупных городов, что сильно тормозило развитие всей экономики.


Литература:


  1. Т.М.Тимошина «Экономическая история России», «Филинъ», 1998.

  2. Н.Верт «История советского государства», «Весь Мир», 1998 г.

  3. «Наше отечество: опыт политической истории» Кулешов С.В., Волобуев О.В., Пивовар Е.И. и др., «Терра», 1991 г.

  4. «Новейшая история отечества. ХХ век» под редакцией Киселева А.Ф., Щагина Э.М., «Владос», 1998 г.

  5. Л.Д.Троцкий «Преданная революция. Что такое СССР и куда он идет?» (http://www.alina.ru/koi/magister/library/revolt/trotl001.htm)







<< предыдущая страница